Юрий Гальцев не понял ни слова из российского рэпа

Юрий Гальцев бранить нынешний российский рэп. Певец заявил, что благонравен на высококлассных ВИА — подобных, как "Река", "Синяя птица", "Развеселые детвора" и "Москва".

- Вмузыке подошел рэп. Мои детки мне ставят, но я ни 1-го слова не понимаю, да и мне не нравится, - сознался ТАСС артист. - Я знал подобных музыкантов, что теперь эти рэперы просто муси-пуси, это ни о чем. Вот стадионы берет Баста. Ну отлично, у него есть хорошая песня "Перевоплощение", но остальное… Пускай будет, но это не мое. Мне нравится Коля Носков, группа "Москва". Не потому, что то лучше или наихудше, просто то было больше мастерски. Теперь в автоматах играется звучная музыка, а я даже ничего не понимаю. Я не зол, но это не художество. Художество — это когда что-то осталось.

Колоритным эпизодом в созидательной житейник Юрия Гальцева стали съемки у Алексея Балабанова:

- Безоблачен, что я знаком с таким режиссером, как Алексей Балабанов. Я у него снимался в 2 маленьких планах, забавая моменты. Но самое основное, он мне как-то названивает: "Что делаешь? Желаю тебя в Столицу, поговорить надо". Поехал в Столицу, и он сообщает: "Желаю, чтобы ты озвучил кинофильм "Игра" за Панина. Я ведаю только тебя и твой глас". Я отозвал: "Леш, да, хорошо". И вот мы на "Мосфильме" озвучивали. Я за четыре дня абсолютно озвучил эту роль. Мы тогда с ним сообщали о жизни, о кино, о симпатии. Это было забавно. Я всегда думаю: "Вот был бы там инструктор, который бы сбил так, чтобы камеры не было следовательно, это была бы несходная программа". Мы так искренно говорили, учитывая, что тогда вершилось, это было полезно. Это были времена, которые я вспоминаю с блаженством. Это деяния.

Также Юрий Гальцев сообщил, как неосуществимость стать звездоплавателем стала для него интимной катастрофой:

- Народ в школе и мои однокашники абсолютно не насмехались, потому что все ведали, что я не только буду звездолетчиком, но и поступлю в летное бурса. Тогда, завершив 8 классов, я поступал в Верховное Тамбовское летное бурса. Но не устроился. Для меня это была драма, эпопея, которую я испытать не дым. Все ведали, что я буду звездолетчиком, именовали Юра-астронавт. Да и когда Юрий Алексеевич умер, для нас это был скорбь в семье. Я отчетливо помню, как папа и мать хныкали. Тогда целиком Советский Соглашение хныкал. Ужасный удар. Когда я не определился, с того момента и завязались мои метания по жизни. Сначала сюда, затем тама, армейское пту после кинофильма "Офицеры", и Длиннейшее военно-общественно-политическое летное бурса, и танковое, и Институт, и спецмашиностроение. В общем, лукало меня по всем.