Обзор: «Евродэнс по-русски: музыкальный привет из 90-х («Кар-Мэн», «Русский размер», «Ди-Бронкс и Натали» и др.)»
Далее
Улицу в Санкт-Петербурге назовут в честь Андрея Нагеля – прототипа главного героя фильма «Битва моторов»
Далее
Антон Батагов и Ася Соршнева выступят в трёх российских городах с новой программой
Далее
Женя Малахова: «Мне кажется, очень важно встретить человека, который смотрит на жизнь примерно так же, как и ты»
Далее

Обзор: «Чай вдвоём» | Путь от экспериментального джаза к понятной попсе»

Обзор: «Чай вдвоём» | Путь от экспериментального джаза к понятной попсе»

2026, John Kalligan.

Иван Каллиган не сразу установился с форматом выпуска: уже по ходу собственного рассказа он постигнул, что для «Чая вдвоём» вывеска «Умеет ли петь?» не очень подходит. В следствии вышло что-то вроде «жизнеописания через творчество» - а помимо того, судьба «Чая вдвоём» вообще даёт наставительный образчик для тех, кто желает добиться чего-то в шоу-коммерциале.

Осмотрев недавнюю живую заметка их основного бестселлера «День рождения», Иван пришёл к заключению о удовлетворительном базисном исполнении достаточно несложных партий и обратился к истокам. Двугласие сформировали в половине 90-х два юноши из креативных фамилий. Отец Дениса Клявера – актёр, один из основателей шоу «Поп» Илья Олейников. Отец Стаса Костюшкина – джазовый сакс Михаил Костюшкин, ломивший в том числе с Сергеем Курёхиным. Станислав и Денис обрели неплохое музыкальное учреждение. Вкупе с материнскими контактами и соткой тысяч $ «исходного капитала» от Ильи Олейникова у ребят были удовлетворительные изначальные позиции. Ещё в 90-е они отправились в тур с Михаилом Шуфутинским, потом трудились с Лаймой Вайкуле. Но разливались они тогда асбсолютно иную музыку – о чём с удивлённым блаженством и рассказал в этом выпуске г-н Каллиган.

«Я схожу» с альбома 1995 года – абсолютно джазовая вещица с веществами боссановы. Не очень трудоемкая, но с разложением голосовых партий. «Мой папа – джазист» - полуречитатив под джазовую аранжировку. А трек «Гобоган» вообще не поддаётся риторической классификации; в 80-е её назвали бы шуточной песней, а в 90-е, видимо, вернее бы заявить «шизовая».

В совместном, образованные юноши из важнецких фамилий экспериментировали и самовыражались – но удачи не было. А пришёл он уже в никакие, когда отправь песни «Нежная моя», «Белоснежное платьице», «Желанная» и тот же «День рождения»: Евгений Каллиган воспользовался термин «не музыка, а звукосодержащий продукт». Водящий правосудно думает, что эти песни нравятся народу куда больше «Я схожу» и «Гобогана», так что можно понять артистов, которые для бизнесменского преуспевания упрощают своё творчество. Хотя, по его мнению, аранжировки «Чая» в свежие упростились далее некуда: вероятно, их бестселлеры стали бы эдакими и без подчеркнуто нафталинного звучания.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа

 
Заказать звонок