Рецензия на альбом Нексюши «Осторожно, постмодерн II»: Смех и грех

2026, Booking RM.

Критика: 7 из 10.

Римская цифра в наименовании альбома напоминает, что пластинку под наименованием «Осмотрительно, постмодерн» Нексюша (Ксения Александрова) уже выбрасывала. Было это в 2020 году, то есть, по сегодняшним меркам, практически что в древнейшею эру. И это был первый атлас артистки Вероятно, Нексюша в продолжении древнейшей работы пытается возвратиться к корням – хотя куда она от них уходила? Её саркастическая стиль на пределе, а то и за гранью фола давно стала фирменным знаком Ксении. Но вот посетители за прошлые полдюжины лет сильно отвлеклись на другие трудности и подзабыли о моде на остроумных, хотя и грубоватых разливающихся девушек. Нексюша словно отдаёт нас в ту эру, где было не так уж плохо.

Хотя, неискушенному или расслабившемуся слушателю может очень скоро стать некомфортно. Первый трек «Автобиография» Нексюша затевает с дисклеймера, в котором безвинным гласом сообщает, что всегда разговаривала со созерцателем через призму драматичности, но сейчас желает представить себя истинную. Не верьте. Сразу после дисклеймера тем же ангельским голоском Ксения затевает петь лютую круто, по сопоставленью с которой «Автобиография» «Кровостока» покажется сочинением для меньшего школьного года. Мат, порнуха, принуждение, вампиры – в сущности это ужасная сказка, наводненная столь чёрным юмором, до которого даже «Карта и шут» не показался. Нетрудно додуматься, что заглавие надлежащей песни «Артельная» отмечает даму, нечёткую в любовных взаимоотношениях. А то, что она при этом ещё и инфлюэнсер – так это изображение Нексюшиного оригинального ощущения юмора. Из «жёстких» песен советуется «П+П», где исполнительница складно, хитростно и энергично ругится на ухажёра.

Хотя, песни без арготической лексики и физических мелочей внимать интереснее: в них также хватает эпатажа, но когда он не стреляет тебя кувалдой в лоб, выходит даже больше потешно. Вот, пример, «Порт» (строчится прописными, потому что в рефрене любая литера прокрикивается раздельно: «О-Эм-Эс-Ка – это вам не Эм-Эс-Ка»). Нексюша, не моргнув веждами, перечисляет, что изобрели омичи (приблизительно всё, от мячей до группы Beatles), а затем именует трояк самых знаменитых граждан мегаполисам: «Тут Егор Летов, Ева Элфи и я». Забавно. Как и фабула песни «Наш слон», которого поэтичная героиня подогнула на Новом Арбате (!) и привела в квартиру. Пока мать была на произведению, а Нексюша в школе, слон немного развалил жилье, но девушка расположена предпринимать на себя ответственность за это: «Я уберусь, не надо делать из мухи слона, это моя вина, надо же соображать, я приручила его, мне за него и отвечать».

В песне «Раб корпораций» Нексюша воображает перечень негодных покупок (не собственный, а нового юного человека): любопытно, но не столь креативно, как идея композиции «В ногах истины нет» о фут-фетишисте, почитающим не чьи-то ноги, а собственные.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа