Сергей Пенкин: «Если правильно поешь на родном языке, всегда будешь смотреться фирменно»

О Торжественном Выступлении В Зеленоватом ТЕАТРЕ ВДНХ

— Летом сделать концерт на ВДНХ — полезно. Жаль, что не с Симфоническим оркестром имени Силантьева. Эпидемия привнесла коррективы. Целиком гамелан на сцене поместить невозможно, да и визуальный зал можно уписать всего на 50%.

Ранее в этом зоне на ВДНХ находилась Ателье эстрадно-циркового художества. Помню, как пробовал устроить в нее. Но там были подобные взыскательные воспитатели, которые урезывали меня. Это мне подсказывало боевик «Прибывайте завтра». Любой раз, когда случу на ВДНХ, ветерок по горбе. Всё одинаково как идти по Кухмистерский, пропускать Гнесинки. Слышу, как распеваются, сразу заделывается ужасно. Словно сам иду на интродукционные экзамены.

О Собственной Учительской Службе

— Я преподаю в МПГУ. Как-то позвали вести приоткрытый урок. Профессуре понравилось. В результате я настал на департамент джазового вокала. Уже 5 лет работаю. Кто-то из коллег меня принимает, кто-то — нет. А ученики оценивают. Я вскрываю им русскую эстраду. Консультирую, прежде чем исполнять песни на британском, сначала выучиться петь на русском. А это трудно.

Почему я постоянно повергаю в образчик русскую эстраду — потому что тогда была выговор, звукоизвлечение. А теперь — нет. За англосакс(онс)ким слогом легче запрятаться. Если верно мурлыкаешь на близком слоге, всегда станешь выглядеть фирменно.

Дуется ЛИ, КОГДА ЕГО Именуют «НАФТАЛИНОМ»?

— Художество не может быть нафталином. Тогда и Элтона Джона, Барбару Стрейзанд, Тину Тёрнер можно именовать нафталином. На выступлении Барбары Стрейзанд в первых слоях сидели Майкл Джексон, Стинг. Они хватали для себя что-то увлекательное. А у Милен Фармер, которой практически 60 лет, на выступлениях одна молодежь. Так что возраст не играется никакого смысла. Самое основное, артист обязан быть в тренде, а песня — в строгой аранжировке. А наш рэп мне неинтересен. Это равнозначно этому, что афроамериканцы будут петь русские всенародные песни. Забавно.

О ВСТРЕЧЕ С ROLLING STONES

— Это было еще в советское время. Я работал в ревю отели «Интурист» на улице Тяжелого (нынче Тверская. — Прим.ред.). Пел всегда эксклюзивную музыку: «Санта Лючия», «Соле мио». На мои спичи прибывали звезды Венской оперы, «Ла Гора», Микеле Плачидо презентовал цветочки. Мы с ревю посетили в Сингапуре, Китае, Малайзии, Италии, Германии, Тунисе. И вот после спичи в Канаде мы отправь сниматься к небоскребам.

К нам наступил юноша. Он спрашивал: «Вы откуда?» — «Мы из СССР». — «Не может подобного быть!» Мы показали документ, он удивился. Размышлял, что Советский Совет — это матрешки и топтыгины, летающие по Столице. Мы впечатлили его. Обнаружилось, он концертный директор. Вот он и пригласил советских артистов выступить в одном событии с категорией Rolling Stones.

Наше выступление показали по канадскому tV и в США. Так обо мне узнали за рубежом. На выступлении мы знакомились с Миком Джаггером, спели в одном выступлении. Он такой, какой есть: прикольный, неплохой, интересный. Иноземные артисты совсем иные, они легче. У наших артистов много престижа. Майкл Болтон едет из Канады в Америку на одном автобусе с музыкантами. А не в лимузине.

О ЗНАКОМСТВЕ С ВИКТОРОМ ЦОЕМ

— Ой, это было необычно. В Евпатории, в 1988 году после монтажного выступления певцы выезжали в Ялту, а мне произнесли, что я обязан остаться. «Почему?» — «Теперь приедет Витя Цой. Завтра ты выступишь у него на выступлении», — сообщат мне организаторы. — «Не буду. Я не знаю его». — «Познакомитесь».

О Цое можно осуждать лишь по одному моменту. У меня для спичи были свободные кальсоны, на которые надо было пришить блестки. Ничего же в магазинах не было, случалось всё самим сделать. И вот вернул Витя, вызнал, что мне требуется помощь, и вместе со собственной женщиной сел распарывать мои удар. Мы за сим работой общались. Он говорил: «Серёга, вечерком у меня сегодня выступишь. Я тебя представлю, всё будет хорошо».

Как заверял, Виктор выступил со меньшей. После подарил много увлекательных гостинцев. Ранее у рокеров в моде была военная выкройка. На мнема Виктор Цой презентовал мне свою шинель. А уже после его погибели, в одном из интервью передовик группы «Кино» помнил, что песню «Малютка, ты меня волнуешь», Цой написал в честь меня. Я этого не ведал.

О Сооружении ХРАМОВ

— Воротила упрашивала. Это очень хитро заявить, почему. Пожелалось сделать добросердечное дело. С Божьей поддержкою замысел продал. Мне подсобляли сестры, племянник. Я же в Столице, а они там прогуливались к мэру, к губернатору. Затем я приезжал в Патриархию.

Много сальность я услышал в свой адрес. Типа, я какие-то грехи замаливаю, потому храм сооружаю. То есть даже в благочестивом деле были враги. Я не направлял интереса, не дулся. Зато теперь столько людей признательны мне. И это очень славно.

О СВОЕМ ВОКАЛЬНОМ ДИАПАЗОНЕ

— Когда сообщат, что у артиста 6 октав, это чепуха. Подобного не случается. У меня четыре октавы. Когда я иссякал Гнесинку, в дипломе у меня было намарано: «Драматический тенор и мягкий баритон». Могу петь теноровые и баритонные партии.

Запомните, какая ранее помост была? Это теперь всё можно, хоть эдик на голову. Теперь на телевидении столько тривиальности и хамства. Зачем бесконечно афишировать прокладки? Это — бесстыдство. Меня не переделаешь, я благовоспитан по русскому штампу. Старую школу опознаю и в специальности. Сталактит у нас деградирует. Мне кажется, даже двоечники в СССР теперь были бы пятерочниками.

Русская медицина была лично наилучшей в мире. Благодаря этому, что еще что-то осталось от той школы, наши эксперты изобрели вакцину от коронавируса

О ВАКЦИНАЦИИ

— Я болел в легкой фигуре. Пока есть антитела. Но вакцинироваться всё одинаково рано или прот надо будет. А маску я одеваю уже несколько лет. Всегда вздеваю ее в самолете.

Разумеете, люди обязаны дойти сами, что необходимо вакцинироваться. Иного выхода нет.

(Зоя Игумнова, «Извещения», 16.06.21)