Сергей Пенкин: «Если правильно поешь на родном языке, всегда будешь смотреться фирменно»

О Торжественном Выступлении В Травяном ТЕАТРЕ ВДНХ

— Летом сделать концерт на ВДНХ — полезно. Жаль, что не с Симфоническим оркестром имени Силантьева. Эпидемия привнесла коррективы. Целиком ансамбль на сцене поместить невозможно, да и визуальный зал можно уписать всего на 50%.

Ранее в этом участке на ВДНХ находилась Заведение эстрадно-циркового художества. Помню, как стремился устроить в нее. Но там были подобные железные учителя, которые урезывали меня. Это мне подсказывало боевик «Доводите завтра». Любой раз, когда случу на ВДНХ, сухость по горбе. Всё одинаково как идти по Кулинарный, пропускать Гнесинки. Слышу, как распеваются, сразу делается ужасно. Словно сам иду на интродукционные экзамены.

О Собственной Учительской Службе

— Я преподаю в МПГУ. Как-то позвали вести приоткрытый урок. Профессуре понравилось. В результате я настал на кафедра джазового вокала. Уже 5 лет работаю. Кто-то из коллег меня улавливает, кто-то — нет. А ученики предпочитают. Я обнаруживаю им русскую эстраду. Консультирую, прежде чем исполнять песни на англосакс(онс)ком, сначала выучиться петь на русском. А это трудно.

Почему я постоянно вгоняю в образчик русскую эстраду — потому что тогда была выговор, звукоизвлечение. А теперь — нет. За англосакс(онс)ким слогом легче запрятаться. Если верно пообедай на милом слоге, всегда станешь глядеться фирменно.

Дуется ЛИ, КОГДА ЕГО Именуют «НАФТАЛИНОМ»?

— Художество не может быть нафталином. Тогда и Элтона Джона, Барбару Стрейзанд, Тину Тёрнер можно именовать нафталином. На выступлении Барбары Стрейзанд в первых шеренгах сидели Майкл Джексон, Стинг. Они хватали для себя что-то увлекательное. А у Милен Фармер, которой практически 60 лет, на выступлениях одна молодежь. Так что возраст не играется никакого смысла. Самое основное, артист обязан быть в тренде, а песня — в справедливой аранжировке. А наш рэп мне неинтересен. Это равнозначно этому, что афроамериканцы будут петь русские общенародные песни. Забавно.

О ВСТРЕЧЕ С ROLLING STONES

— Это было еще в советское время. Я работал в театр отеля «Интурист» на улице Горьковатого (нынче Тверская. — Прим.ред.). Пел всегда эксклюзивную музыку: «Санта Лючия», «Соле мио». На мои спичи прибывали звезды Венской оперы, «Ла Бакланец», Микеле Плачидо подносил цветочки. Мы с кабаре посетили в Сингапуре, Китае, Малайзии, Италии, Германии, Тунисе. И вот после спичи в Канаде мы отправь сниматься к небоскребам.

К нам настал юноша. Он спрашивал: «Вы откуда?» — «Мы из СССР». — «Не может подобного быть!» Мы показали документ, он удивился. Размышлял, что Советский Соглашение — это матрешки и топтыгины, бегущие по Столице. Мы впечатлили его. Стало, он концертный руководитель. Вот он и пригласил советских артистов выступить в одном событии с командой Rolling Stones.

Наше выступление показали по канадскому tV и в США. Так обо мне узнали за рубежом. На выступлении мы знакомились с Миком Джаггером, спели в одном выступлении. Он такой, какой есть: прикольный, добрый, интересный. Иноземные артисты совсем иные, они легче. У наших артистов много престижа. Майкл Болтон едет из Канады в Америку на одном автобусе с музыкантами. А не в лимузине.

О ЗНАКОМСТВЕ С ВИКТОРОМ ЦОЕМ

— Ой, это было необычно. В Евпатории, в 1988 году после монтажного выступления певцы выезжали в Ялту, а мне произнесли, что я обязан остаться. «Почему?» — «Теперь приедет Витя Цой. Завтра ты выступишь у него на выступлении», — сообщат мне организаторы. — «Не буду. Я не знаю его». — «Познакомитесь».

О Цое можно осуждать лишь по одному моменту. У меня для речи были обширные одежда, на которые надо было сшить блестки. Ничего же в магазинах не было, доставалось всё самим поделать. И вот вернул Витя, разузнал, что мне потребна помощь, и вместе со собственной женщиной сел распарывать мои брюки. Мы за данным службой общались. Он говорил: «Серёга, вечерком у меня сегодня выступишь. Я тебя представлю, всё будет хорошо».

Как заверял, Виктор выступил со меньшей. После дарил много увлекательных даров. Ранее у рокеров в моде была военная выкройка. На мнема Виктор Цой презентовал мне свою шинель. А уже после его погибели, в одном из интервью маяк группы «Кино» упоминал, что песню «Малютка, ты меня волнуешь», Цой написал в честь меня. Я этого не ведал.

О Сооружении ХРАМОВ

— Воротила упрашивала. Это очень хитро заявить, почему. Приспичило сделать добросердечное дело. С Божьей поддержкою замысел воплотил. Мне подсобляли сестры, племянник. Я же в Столице, а они там прогуливались к мэру, к губернатору. Затем я колесил в Патриархию.

Много город я услышал в свой адрес. Типа, я какие-то грехи замаливаю, потому храм возвожу. То есть даже в благочестивом деле были враги. Я не направлял отзывчивости, не дулся. Зато теперь столько людей признательны мне. И это очень славно.

О СВОЕМ ВОКАЛЬНОМ ДИАПАЗОНЕ

— Когда сообщат, что у артиста 6 октав, это чепуха. Подобного не случается. У меня четыре октавы. Когда я завершал Гнесинку, в дипломе у меня было нацарапано: «Драматический тенор и нежный баритон». Могу петь теноровые и баритонные партии.

Запомните, какая ранее театр была? Это теперь всё можно, хоть эдик на голову. Теперь на телевидении столько банальности и хамства. Зачем бесконечно афишировать прокладки? Это — бесстыдство. Меня не переделаешь, я благовоспитан по русскому трафарету. Старую школу допускаю и в специальности. Сталактит у нас деградирует. Мне кажется, даже двоечники в СССР теперь были бы пятерочниками.

Русская медицина была наиболее наилучшей в мире. Благодаря этому, что еще что-то осталось от той школы, наши эксперты изобрели вакцину от коронавируса

О ВАКЦИНАЦИИ

— Я болел в легкой фигуре. Пока есть антитела. Но вакцинироваться всё одинаково рано или запоздало надо будет. А маску я хожу уже несколько лет. Всегда набрасываю ее в самолете.

Разумеете, люди обязаны дойти сами, что необходимо вакцинироваться. Иного выхода нет.

(Зоя Игумнова, «Извещения», 16.06.21)