Сергей Пенкин: «Если правильно поешь на родном языке, всегда будешь смотреться фирменно»

О Торжественном Выступлении В Зеленоватом ТЕАТРЕ ВДНХ

— Летом сделать концерт на ВДНХ — полезно. Жаль, что не с Симфоническим оркестром имени Силантьева. Эпидемия привнесла коррективы. Целиком ансамбль на сцене поместить невозможно, да и визуальный зал можно уписать всего на 50%.

Ранее в этом районе на ВДНХ находилась Ателье эстрадно-циркового художества. Помню, как стремился устроить в нее. Но там были подобные жесткие учители, которые урезывали меня. Это мне подсказывало чернушка «Наступаете завтра». Любой раз, когда случу на ВДНХ, ветерок по хребте. Всё одинаково как идти по Кулинарный, пропускать Гнесинки. Слышу, как распеваются, сразу останавливается ужасно. Словно сам иду на интродукционные экзамены.

О Собственной Учительской Службе

— Я преподаю в МПГУ. Как-то позвали вести приоткрытый урок. Профессуре понравилось. В результате я наступил на кафедра джазового вокала. Уже 5 лет работаю. Кто-то из коллег меня улавливает, кто-то — нет. А ученики предпочитают. Я вскрываю им русскую эстраду. Консультирую, прежде чем исполнять песни на британском, сначала выучиться петь на русском. А это хитро.

Почему я постоянно вгоняю в образчик русскую эстраду — потому что тогда была выговор, звукоизвлечение. А теперь — нет. За англосакс(онс)ким слогом легче запрятаться. Если верно заливаешься на милом слоге, всегда станешь выглядеть фирменно.

Дуется ЛИ, КОГДА ЕГО Именуют «НАФТАЛИНОМ»?

— Художество не может быть нафталином. Тогда и Элтона Джона, Барбару Стрейзанд, Тину Тёрнер можно именовать нафталином. На выступлении Барбары Стрейзанд в первых шеренгах сидели Майкл Джексон, Стинг. Они хватали для себя что-то увлекательное. А у Милен Фармер, которой практически 60 лет, на выступлениях одна молодежь. Так что возраст не играется никакого смысла. Самое основное, артист обязан быть в тренде, а песня — в верной аранжировке. А наш рэп мне неинтересен. Это эквивалентно этому, что афроамериканцы будут петь русские этнические песни. Забавно.

О ВСТРЕЧЕ С ROLLING STONES

— Это было еще в советское время. Я работал в ревю отеля «Интурист» на улице Горестного (нынче Тверская. — Прим.ред.). Пел всегда эксклюзивную музыку: «Санта Лючия», «Соле мио». На мои речи доводили звезды Венской оперы, «Ла Бакланец», Микеле Плачидо подносил цветочки. Мы с ревю посетили в Сингапуре, Китае, Малайзии, Италии, Германии, Тунисе. И вот после спичи в Канаде мы отправь сниматься к небоскребам.

К нам наступил юноша. Он спрашивал: «Вы откуда?» — «Мы из СССР». — «Не может такового быть!» Мы показали документ, он удивился. Размышлял, что Советский Блок — это матрешки и топтыгины, гоняющиеся по Столице. Мы впечатлили его. Обнаружилось, он концертный руководитель. Вот он и пригласил советских артистов выступить в одном событии с командой Rolling Stones.

Наше выступление показали по канадскому tV и в США. Так обо мне узнали за рубежом. На выступлении мы знакомились с Миком Джаггером, спели в одном выступлении. Он такой, какой есть: прикольный, неплохой, интересный. Иноземные артисты совсем иные, они легче. У наших артистов много престижа. Майкл Болтон едет из Канады в Америку на одном автобусе с музыкантами. А не в лимузине.

О ЗНАКОМСТВЕ С ВИКТОРОМ ЦОЕМ

— Ой, это было необычно. В Евпатории, в 1988 году после монтажного выступления музыканты выезжали в Ялту, а мне произнесли, что я обязан остаться. «Почему?» — «Теперь приедет Витя Цой. Завтра ты выступишь у него на выступлении», — сообщат мне организаторы. — «Не буду. Я не знаю его». — «Познакомитесь».

О Цое можно осуждать лишь по одному моменту. У меня для спичи были пространные одежда, на которые надо было ушить блестки. Ничего же в магазинах не было, приводилось всё самим сделать. И вот вернул Витя, познал, что мне надобна помощь, и вместе со собственной женщиной сел шить мои кальсоны. Мы за сим деятельностью общались. Он говорил: «Серёга, вечерком у меня сегодня выступишь. Я тебя представлю, всё будет хорошо».

Как заверял, Виктор выступил со меньшей. После дарил много увлекательных гостинцев. Ранее у рокеров в моде была военная выкройка. На парамнезия Виктор Цой презентовал мне свою шинель. А уже после его погибели, в одном из интервью маяк группы «Кино» упоминал, что песню «Малютка, ты меня волнуешь», Цой написал в честь меня. Я этого не ведал.

О Постройке ХРАМОВ

— Воротила упрашивала. Это очень мудрено заявить, почему. Пожелалось сделать добросердечное дело. С Божьей поддержкою замысел продал. Мне подсобляли сестры, племянник. Я же в Столице, а они там прогуливались к мэру, к губернатору. Затем я заезжал в Патриархию.

Много город я услышал в свой адрес. Типа, я какие-то грехи замаливаю, потому храм сооружаю. То есть даже в благочестивом деле были враги. Я не направлял заинтересованности, не дулся. Зато теперь столько людей признательны мне. И это очень славно.

О СВОЕМ ВОКАЛЬНОМ ДИАПАЗОНЕ

— Когда сообщат, что у артиста 6 октав, это чепуха. Такового не случается. У меня четыре октавы. Когда я иссякал Гнесинку, в дипломе у меня было начеркано: «Драматический тенор и мягкий баритон». Могу петь теноровые и баритонные партии.

Запомните, какая ранее возвышение была? Это теперь всё можно, хоть раковина на голову. Теперь на телевидении столько банальности и хамства. Зачем бесконечно афишировать прокладки? Это — бесстыдство. Меня не переделаешь, я благонравен по русскому штампу. Старую школу узнаю и в специальности. Устройство у нас деградирует. Мне кажется, даже двоечники в СССР теперь были бы пятерочниками.

Русская медицина была лично наилучшей в мире. Благодаря этому, что еще что-то осталось от той школы, наши эксперты изобрели вакцину от коронавируса

О ВАКЦИНАЦИИ

— Я болел в легкой фигуре. Пока есть антитела. Но вакцинироваться всё одинаково рано или прот надо будет. А маску я вынашиваю уже несколько лет. Всегда набрасываю ее в самолете.

Разумеете, люди обязаны дойти сами, что необходимо вакцинироваться. Иного выхода нет.

(Зоя Игумнова, «Извещения», 16.06.21)