Сергей Пенкин: «Если правильно поешь на родном языке, всегда будешь смотреться фирменно»

О Торжественном Выступлении В Зеленоватом ТЕАТРЕ ВДНХ

— Летом сделать концерт на ВДНХ — полезно. Жаль, что не с Симфоническим оркестром имени Силантьева. Эпидемия привнесла коррективы. Целиком капелла на сцене поместить невозможно, да и визуальный зал можно уписать всего на 50%.

Ранее в этом участке на ВДНХ находилась Ателье эстрадно-циркового художества. Помню, как стремился устроить в нее. Но там были подобные железные учители, которые урезывали меня. Это мне подсказывало кинофильм «Прибываете завтра». Любой раз, когда случу на ВДНХ, дрожь по хребте. Всё одинаково как идти по Кулинарный, рядом Гнесинки. Слышу, как распеваются, сразу заделывается ужасно. Словно сам иду на вводные экзамены.

О Собственной Учительской Произведению

— Я преподаю в МПГУ. Как-то позвали вести приоткрытый урок. Профессуре понравилось. В результате я подошел на кафедра джазового вокала. Уже 5 лет работаю. Кто-то из коллег меня принимает, кто-то — нет. А ученики оценивают. Я раскрываю им русскую эстраду. Рекомендую, прежде чем исполнять песни на англосакс(онс)ком, сначала выучиться петь на русском. А это хитро.

Почему я постоянно ввергаю в образчик русскую эстраду — потому что тогда была произношение, звукоизвлечение. А теперь — нет. За англосакс(онс)ким слогом легче запрятаться. Если верно мурлыкаешь на дорогом слоге, всегда станешь глядеться фирменно.

Дуется ЛИ, КОГДА ЕГО Именуют «НАФТАЛИНОМ»?

— Художество не может быть нафталином. Тогда и Элтона Джона, Барбару Стрейзанд, Тину Тёрнер можно именовать нафталином. На выступлении Барбары Стрейзанд в первых строях сидели Майкл Джексон, Стинг. Они хватали для себя что-то увлекательное. А у Милен Фармер, которой практически 60 лет, на выступлениях одна молодежь. Так что возраст не играется никакого смысла. Самое основное, артист обязан быть в тренде, а песня — в справедливой аранжировке. А наш рэп мне неинтересен. Это равноценно этому, что афроамериканцы будут петь русские общенародные песни. Забавно.

О ВСТРЕЧЕ С ROLLING STONES

— Это было еще в советское время. Я работал в кабаре отели «Интурист» на улице Горестного (нынче Тверская. — Прим.ред.). Пел всегда эксклюзивную музыку: «Санта Лючия», «Соле мио». На мои речи прибывали звезды Венской оперы, «Ла Камень», Микеле Плачидо презентовал цветочки. Мы с кабаре посетили в Сингапуре, Китае, Малайзии, Италии, Германии, Тунисе. И вот после спичи в Канаде мы отправь сниматься к небоскребам.

К нам пришел юноша. Он спрашивал: «Вы откуда?» — «Мы из СССР». — «Не может такового быть!» Мы показали документ, он удивился. Размышлял, что Советский Альянс — это матрешки и топтыгины, гоняющиеся по Столице. Мы впечатлили его. Стало, он концертный директор. Вот он и пригласил советских артистов выступить в одном событии с категорией Rolling Stones.

Наше выступление показали по канадскому tV и в США. Так обо мне узнали за рубежом. На выступлении мы знакомились с Миком Джаггером, спели в одном выступлении. Он такой, какой есть: прикольный, неплохой, интересный. Иноземные артисты совсем иные, они легче. У наших артистов много престижа. Майкл Болтон едет из Канады в Америку на одном автобусе с музыкантами. А не в лимузине.

О ЗНАКОМСТВЕ С ВИКТОРОМ ЦОЕМ

— Ой, это было необычно. В Евпатории, в 1988 году после монтажного выступления музыканты отбывали в Ялту, а мне произнесли, что я обязан остаться. «Почему?» — «Теперь приедет Витя Цой. Завтра ты выступишь у него на выступлении», — сообщат мне организаторы. — «Не буду. Я не знаю его». — «Познакомитесь».

О Цое можно осуждать лишь по одному моменту. У меня для речи были обширные одежда, на которые надо было сшить блестки. Ничего же в магазинах не было, доставалось всё самим сделать. И вот прихрял Витя, испытал, что мне надобна помощь, и вместе со собственной женщиной сел вышивать мои кальсоны. Мы за данным делом общались. Он говорил: «Серёга, вечерком у меня сегодня выступишь. Я тебя представлю, всё будет хорошо».

Как заверял, Виктор выступил со меньшей. После дарил много увлекательных презентов. Ранее у рокеров в моде была военная выкройка. На мнема Виктор Цой презентовал мне свою шинель. А уже после его погибели, в одном из интервью маяк группы «Кино» помнил, что песню «Малютка, ты меня волнуешь», Цой написал в честь меня. Я этого не ведал.

О Постройке ХРАМОВ

— Воротила упрашивала. Это очень причудливо заявить, почему. Рассудилось сделать добросердечное дело. С Божьей через замысел продал. Мне подсобляли сестры, племянник. Я же в Столице, а они там прогуливались к мэру, к губернатору. Затем я колесил в Патриархию.

Много грязищи я услышал в свой адрес. Типа, я какие-то грехи замаливаю, потому храм сооружаю. То есть даже в благочестивом деле были враги. Я не направлял интереса, не дулся. Зато теперь столько людей признательны мне. И это очень славно.

О СВОЕМ ВОКАЛЬНОМ ДИАПАЗОНЕ

— Когда сообщат, что у артиста 6 октав, это чепуха. Подобного не случается. У меня четыре октавы. Когда я завершал Гнесинку, в дипломе у меня было сочинено: «Драматический тенор и мягкий баритон». Могу петь теноровые и баритонные партии.

Запомните, какая ранее возвышение была? Это теперь всё можно, хоть толчок на голову. Теперь на телевидении столько непристойности и хамства. Зачем бесконечно афишировать прокладки? Это — бесстыдство. Меня не переделаешь, я благонравен по русскому стандарту. Старую школу допускаю и в специальности. Учреждение у нас деградирует. Мне кажется, даже двоечники в СССР теперь были бы пятерочниками.

Русская медицина была лично наилучшей в мире. Благодаря этому, что еще что-то осталось от той школы, наши эксперты изобрели вакцину от коронавируса

О ВАКЦИНАЦИИ

— Я болел в легкой фигуре. Пока есть антитела. Но вакцинироваться всё одинаково рано или запоздало надо будет. А маску я одеваю уже несколько лет. Всегда набрасываю ее в самолете.

Разумеете, люди обязаны дойти сами, что необходимо вакцинироваться. Иного выхода нет.

(Зоя Игумнова, «Извещения», 16.06.21)