Александр Леонтьев («Северный флот»): «Мне как гражданину моей страны стыдно перед памятью Циолковского, Цандера и Королёва»

Александр Леонтьев («Нордовый промфлот»): «Мне как уроженцу моей стороны постыдно перед памятью Циолковского, Цандера и Королёва»

О Решающем ВОСПРИЯТИИ Яви В РОССИИ

- Меня об этом часто узнают: «А как же там на Западе? Как же – за рубежом?». Я существую в данной стране. Я эту страну люблю. Это – моя Отчизна. Я никуда не желаю отседова уезжать, тут – мой дом. Я тут родился, я тут помру, тут будут существовать мои дети. Меня вообще мало занимает, где и как косячат на Западе. Мне вообще на это плевать. Моё дело – пытаться сделать лучше тут, в данной стране. Тем больше, что я понимаю, что подобная большая государство с таковыми ресурсами, с эдакими людами, которые тут попадаются – интеллектуалами, изобретателями и умницами, просто должно быть лучше иных. Не надо осматриваться ни на кого, ни на Японию, ни на Америку, ни на Голландию или Францию – какие у них там трудности. Это их задачи, которые они пускай решают сами.

Тем больше, что вестовый капиталистический путь развития вничью, по великому счёту, не лучше, в коррупционном проекте, чем наш. Но наше дело – пытаться сделать лучше тут. А я, в границу собственных скромных вероятностей, стремлюсь сиим заниматься, просто сообщать об этом. Я не стою у станка, моё дело – в стопка озвучивать задачи собственной державы, которые, как мне представляется, препятствуют ей существовать, препятствуют мне в ней хорошо существовать.

О «ПОЛИТИКЕ» В Песнях «Полночного ФЛОТА»

- Я не полагаю необходимым вообще склеивать ярлычек на тему песен – политика. Это же глупо бряцит! Я мню это жизненной тематикой, потому что всё вокруг – политика. Это в кровати в подгузнике в крошечном возрасте вокруг тебя нет политики, но как только ты останавливаешься уроженцем, всё случающееся вокруг, воображает собой политику. Жизнь всё одинаково – политика. Ну а люди, которые этого не разумеют, стараясь засунуть голову в песок, зачисляются максимально глупо. Потому что с обывательскими людами, которые усердствуются отдаляться от ответы собственных вопросов, другой может сделать всё, что попытается. Каждая власть может их иметь, как попытается, запутывая мозг другой ерундой. Потому для меня – это не политика, а существенные вопросы, безотносительная актуальная нужда.

О 60-ЛЕТИИ ПОЛЕТА ЮРИЯ ГАГАРИНА В КОСМОС

- С песней «Спутник» всё очевидно. Меня действительно напрягает последние годы то, насколько гаснуло обстоят дела у нас с мировой отраслью, какая сначало была гордынею Русского союза. А теперешняя Россия в этом проекте представляется его академическим правопреемником.

На самом деле у меня была мысль копнуть тему ещё глубже, но формат песни этого несколько не позволил. И мне постыдно и неловко не столько перед Юрием Гагариным, как теперь популярно сообщать: «Прости, Юра, мы всё просирали!». А мне постыдно перед Сергеем Королёвым. А Юрий Ержар, при всём почтении, давай называть багаж собственными именами, просто биологический организм – бодрый, клёвый, концентрированный и молодой юноша. Для прохождения макрокосма его высадили в корабль, отправили на орбиту, и он возвратился назад. Ну по прецеденту ведь так.

Огромным коллективом людей была проделана большая работа. Начиная от учёных Циолковского, Цандера и завершая Королёвым и его командой, которые посиживали в шарашках. Их выдернули из сталинских лагерей и вынудили всем сим заниматься. Они сделали всё это собственными извилинами, своим трудящийся затем, а астронавты тут – просто вишня на торте. По прецеденту это просто… разговаривающие Белка и Выступ. Я уважаю Гагарина и люблю, но почему-то у нас всё время принято забывать о реалистичных народах, которые достигли макрокосма. Даже Берия, при всём том, что он был сталинской сволочью, убийцей и насильником. Но Берия для макрокосма осуществлял большее дело, и для ядерного средства, и для макрокосма, и для всей русской урока. Потому поделать акцент только на Юрии Гагарине я полагаю ошибочным. В песне этого заявить не посчастливилось, зато я могу это сделать теперь. Мне, как господину моей стороны, постыдно перед памятью Циолковского, Цандера и Королёва, я теперь всех и не помяну, всех, кто занимался быстрыми ракетами, мировой отраслью, бросал первоначальные попутчики. Мне неловко, что мы теперь так невыносимо подвигаемся вперёд. Передвигаемся, конечно, большие средства всаживаем, но таких прорывов, как в русское время, к сожалению, не наблюдаем.

(Денис Ступников, KM.Ru, 20.05.2021)