Обзор: «Как электронщики отобрали космос у рокеров (Pink Floyd, Rockets, Space, Вангелис и др.)»

В эфире программы «Спасибо, послушаю» на 2026 год ведущий Андрей Васильев намеренно обошёл вниманием композицию «Трава у дома». Причиной такого решения стала строка Анатолия Поперечного о том, что «космическая музыка вплывает в деловой наш разговор», которая, по мнению ведущего, лишена логики — ведь в безвоздушном пространстве звуковые волны не распространяются. Тем не менее, выпуск предлагает зрителям развёрнутое и убедительное объяснение того, как человечество всё же смогло создать саундтрек к безмолвию Вселенной.

Волна космической романтики, охватившая мир в середине прошлого века, не могла не затронуть музыкальную сферу. Однако в начале 1960-х годов, когда синтезаторы ещё не были изобретены, композиторам и исполнителям приходилось проявлять чудеса изобретательности. Например, режиссёр Стэнли Кубрик для своей «Космической одиссеи» задействовал терменвокс — один из первых электронных инструментов, создающих неземные по своему характеру звуки. Рок-музыканты же пошли своим путём, используя привычные гитары. Пионерами в этом направлении стали участники Pink Floyd, которые разработали целый арсенал технических приёмов: от длинной реверберации до многослойных звуковых полотен, создаваемых одновременным нажатием нескольких клавиш. Их выступления в лондонском клубе UFO сопровождались уникальными световыми шоу, где в проекторе плавились специальные краски, создавая фантастические визуальные образы. Правда, такая музыка требовала от слушателя определённой подготовки и полного погружения, что делало её довольно сложной для массового восприятия.

Неожиданный поворот в развитии жанра связан с именем Лемми Килмистера, будущего основателя Motorhead. В тот период он играл на бас-гитаре в группе Hawkwind, причём освоил инструмент уже после прихода в коллектив, переквалифицировавшись из гитариста. Эта вынужденная перестройка привела к появлению его фирменной агрессивной манеры игры, ставшей визитной карточкой космического звучания Hawkwind. Тем не менее, даже их версия спейс-рока оставалась слишком сложной для широкой публики, и группа так и не смогла похвастаться большим количеством хитов. Ситуацию изменили французские музыканты из группы Rockets, которые существуют и поныне и в скором времени планируют выступить в России. Они адаптировали жанр для танцполов, добавив ему доступности и зрелищности. Их сценический образ представлял собой утрированных инопланетян, что выделяло коллектив на фоне других исполнителей. Стоит упомянуть и Дэвида Боуи, который также переживал «инопланетный» период, однако его эксперименты ограничились лишь сценическим имиджем, не затронув музыкальную составляющую.

Подлинно «космическое» звучание стало возможным исключительно с появлением синтезаторов. Французский композитор Жан-Мишель Жарр, создавая свои электронные полотна, вовсе не стремился писать музыку для межпланетных перелётов. А вот его соотечественник Дидье Маруани сознательно выбрал для своего проекта название Space, подчёркивая внеземную природу создаваемых композиций. Андрей Васильев в своём выпуске приходит к любопытному выводу: досинтезаторная эпоха опиралась на звуки, существующие в природе, тогда как синтезатор позволил извлекать нечто принципиально новое — неведомое и загадочное, как сам космос. Когда же первоначальный энтузиазм по поводу освоения космоса пошёл на убыль, спейс-рок трансформировался в спейс-эмбиент, который сегодня воспринимается скорее как музыка для релаксации или ненавязчивого фонового сопровождения.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа