Обзор: «Такое петь нельзя: музыкальная цензура в XX веке»

2026, «Благодарю, послушаю».

Кипсек «Агаты Кристи» «Опий» с 1 марта 2026 года именуется «Для никого», как и одноимённая песня. Из-за поправок в законы отдельные знакомые и даже лучшие творения исчезли с российских стриминговых сервисов или были видоизменены. Кошмар-ужас? Водящий «Благодарю, послушаю» Андрей Васильев берётся капнуть, что ничего некрасивого не происходит и самоцензура при поползновениях воспрепятствовать музыку только вырабатывает её. Хотя, на западных образцах, а про специфику нашей цензуры он пообещал сбросить раздельный выпуск.

Итак, несложный образчик: бёдра Элиса Пресли, которые исполняли, по мнению североамериканской населению, непристойные движения. Это показали по tV, что вызвало дебош, недовольство и расписка водящего вечернего шоу Эда Салливана никогда не звать Элвиса. Пресли тут же зовут иные шоу, получая отличные рейтинги, Салливан, забыв про слова, договаривается с Элвисом на три появления в своей программе. Ранги великолепные, но камеры передают Пресли только выше полосы. Вот так можно одновременно получать на провокации и словно бы бороться с ней. Конечно, молодёжь рвётся на выступления Элвиса, чтобы лично увидеть, что сокрыло телевидение.

Запрещение оказывается лучшей рекламой, а пробы что-то утаить или отфильтровать вызывает оборотную отдачу. Белоснежный Пэт Бун поёт в сдержанном эстрадном слоге песни чернокожего Литтл Ричарда – толпа выискивает куда больше неприличные рок-н-ролльные оригиналы. Власть колеблются в текстах Дилана – публика раскупает «сомнительные» песни и выискивает там вызывающие резоны, которые Боб и не класл.

Казалось бы, доказано, что запреты не делают, но самоцензура не унимается, и артисты дрессируются оборачивать активность запретителей в свою пользу. Пролетарые парнишки из Бирмингема издают первый атлас под неясным названием Black Sabbath, приобретают нарекания в сатанизме и… не стараются их дезавуировать. Наоборот, в следующие пластинки они вставляют закутываю триггеров, работая дебош творческим способом. На радио их усердствуются не хватать, но пластинки разлетаются на ура. «Фигура страхов» Алиса Купер, нечаянно порешив на выступлении курицу, берется пояснить, как это удалось, но Фрэнк Заппа его отговаривает: пусть все ужасаются поступку рокера, музыка будет лучше реализовываться.

Примеры, когда запреты приносили к повышения репутации, можно умножать бесконечно. Остановимся же на очередном примерном случае. Жена сенатора Эла Гора (уже в 80-е) услыхала у дочери пластинку Принса с искренно непристойным словом. Отняв накопитель у ребёнка, жена политики разрешила позаботиться и о иных ребятах Америки. Так показался «Отцовский центр контролирования за музыкой», основным достижением которого стал стикер «Parental Advisory»: по настоянию сердитых родителей лейблы соответственны были склеивать таковую нашлёпку на альбомы, как бы произнесли у нас, «не соответствующие обычным ценностям». Дети США поставили печаль об их нравственности: сласть запрещенного фрукта так увеличивала тиражи «безнравственных» дисков, что артисты ради стикера специально ввертывали в песни что-то неподобное. Так что книга «Для никого», скорее всего, не будет внимать никто. Толпа предпочтёт оригинальные версии, сохранившиеся на носителях, жёстких дисках и – не поверите! – в вебе.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа