Обзор: «Умеет ли петь Александр Градский | Голос, который было не остановить!»

2026, John Kalligan.

Джона Каллигана давно выканючивали сделать выпуск про Александра Градского, особенно много заявок устроило после кончине артиста. Хотя Евгений не поторапливался, в том числе из почитание к собственному известному подписчику, который был поклонником Градского и недавно умер. «Мните, что я не хотел его нарушать, а моё воззрение про голос Градского, скажем так, разноплановое».

Александр Градской мнил себя лучшим солистом, часто и достаточно внушительно сообщал об этом. Каллиган сознался, что его любой раз триггерили подходящие куски интервью мэтра (некоторые он даже вставил в выпуск). В этом случае особенно трудно отсоединять творчество от личности. Кстати, по словам ведущего, это видео ему случилось записывать дважды: в первый раз он распинался час, а затем проверил, что забыл подсоединить стопка. Потому он был принуждён подтвердить, почему выпуск лишился обыкновенного для Каллигана налёта инстинктивности – он смотрится малохарактерно отлично подготовленным.

Есть даже биографическая ссылка о Градском. Она необходима творцу для того, чтобы сразу огласить: к слушку и музыкальному формированию артиста проблем у него нет. И петь Градской, конечно, может… Но есть моменты.

Разбор вокала мэтра Каллиган затевает с песни «Как юны мы были», которую для Александра Градского написали Александра Пахмутова и Николай Добронравов. Композиция, как известно, наступает довольно бесшумно и сдержанно: это достаточно целесообразно по драматургии, но Иван замечает, что певческая партия сочинена очень невысоко для тенора, потому ему доводится вертать актёрски, придыханием и субтоном. А вот со слов «Первый еженедельник мы уже вернули» Городской в своей стихии – его уровень, его отвлеченное вибрато с эффектным переходом на фальцетные нотки. В коллективном, у Джона Каллигана «нуль тем к выполнению» этой трудной песни. Но её споёт не любой мастер – потребна физиологическая подготовка организма, то есть врожденные сведения, которыми Городской не был обделён.

Дальше в выпуске представлен отрывок интервью Александра Шоуа, который предлагает припомнить «2-ой песню Градского». «А я а также не могу припомнить», - печально чешет бороду Каллиган. Затем обнаружится, что одну песню он всё же ведал, но забыл. Это «Песня о друге (Памяти Владимира Высоцкого)», какая тут же подверглась разбору. «Спето отлично, но при чём тут российский рок, пращуром которого считают Градского?» Это шансон, корридо, что угодно, но на рок не схоже. А вот кавер «Hey Jude» стал поводом обнаружить, как Городской пел фактически рок. Правда, встык Каллиган бросил части бойкого выполнения Пустотела Маккартни, которому Александр Борисович однозначно скинул: Пол пел проще и естественней.

В финале Иван Каллиган сделал большое поэтичное отклонение, при помощи гитары вбив, почему он, как и Городской, считает, что российский рок как жанр «не пришелся». А относительно вокала мэтра резюме было следующее: Городской пел виртуозно только в определённых манерах, которые ему подступали.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа