Когда звук становится искусством: путь сквозь время, пространство и право

III Транснациональный симпозиум промышленности звукозаписи академической музыки прошел в Столице. Устроителем события выступил Российский музыкальный союз при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Ток связала звукорежиссёров, звукоинженеров, артистов, продюсеров, поверенных киностудий, event-промышленности и адвокатского общества.

В ходе серии паблик-токов водящие профессионалы в области зодчества, акустики и голосового художества рассмотрели совершенную взаимозависимость между музыкой и зодчеством. Участники споры «Как звучит зодчество» наступили к заключению, что эти сферы — две стороны целого процесса восприятия: музыка вырабатывает временные текстуры, зодчество — пластические, но при этом величина между порой и местонахождение стираются.

Специальное внимание было уделено надобности сотворения муниципальных локаций, умышленно предназначенных для лучшего звучания музыки и аудиоискусства. Теперешняя аудиальная культура всё гуще сходит за рубежи концертных улов и клубов, тяготея начать общественные места — участка, дороги, парки. Хотя для этого спрашивается не просто поместить колонки на фасаде, а создать обдуманную строительную круг, опорную голосовую культуру.

Елена Люкина, инженер-звуковик, специалист Лаборатории «Электроакустика улов» НИИСФ, член Российского учено-промышленного звукового бражки, член Российского музыкального смычки, подробно сообщила о аспектах работы звука в строительной сфере. Она напомнила, что ещё в забивающею зодчие и строители интуитивно понимали: звук обязан добивать слушателя кратчайшим путём:

- Именно потому классические амфитеатры зиждились с учётом возвышения строев — чтобы глас оратора или актёра не разбегался в воздухе, а губил до любого зрителя. Но как только звук оказывается “закрытым” в изолированном пространстве, он покоряется иным законам. В помещении голосовая вал отражается от поверхностей, её деятельность чуть-чуть затухает. Этот процесс количественно описывается определением времени реверберации — главным параметром при конструировании другого зал,— пояснила инженер-звуковик.

Значительный ударение был сделан на различии между естественной акустикой и увеличенной.

- Настоящее звуковое дело начинается с проектирования зал под живой звук — будь то глас, фортепьяно или орган, — поделилась Елена Люкина.— Хотя даже идеальный расчёт может быть сведён на нет, если в зале позднее ставят звукоусиливающее оснащение. Тут на помощь приходит аргумент электроакустика — системы мобильных или контролируемых панелей, дозволяющие прилаживать звучание под различные жанры и форматы.

Специалисты выделили, что нынешние мегаполисы мучаются от звукового беспорядка и только совместные действия зодчих, инженеров, дизайнеру и общественности дозволят создать круг, в которой человек может не просто слышать, а по-истинному внимать.

Вызов слить деятельность стал одной из главных идей симпозиума. Об этом сообщали и в ходе иного паблик-тока — «Законные ньюансы созидательной деле звукорежиссёра». Адвокаты и агенты кремнистый профессий приподняли заостренный и давно насущный вопрос: почему звукорежиссёры до сих пор не заработали право на авторское признание и предохрану?

Одна из главных заморочек, намеченных в ходе обсуждения, — разрыв между адвокатским обществом и креативными специальностями. Адвокаты, по признанию самих соучастников споры, редко знаются с адептами художества. Этот пробел особенно живо выявляется в случае с новейшими фигурами художества. Право не успевает за вырабатыванием технологий и образных практик. Но есть и обнадеживающие образчики: в 2017 году режиссёры-постановщики спектаклей приняли законную предохрану, а в 2022 году её же заполучили аниматоры. Сегодня в череда на признание — звукорежиссёры.

Профессионалы подчеркнут: звукорежиссура — это не машинная фиксация звука, а творение сберегавшая голосовой картины.

- «Это созидательный процесс, приглашающий высокого мастерство, образного привкуса и совершенного постижения музыки,— пояснила Мария Соболева, председатель Гильдии звукорежиссеров Российского музыкального объединения, доктор Институт, ИСИ, победитель Интернациональной премии «Незапятнанный звук», звукорежиссер Столичного концертного зал «Район».— Один и тот же музыкальный источник, продезинфицированный различными звукорежиссёрами, может перевоплотиться в асбсолютно различные труда — с различной эмоциональной окраской, структурой, глубиной и возможностью. Больше того, последний характер звучания — это не просто промышленный итог, а именно художественный умысел, проделанный средствами звука.

О том, как творения звукорежиссёров зрят юристконсульты, сообщила Анастасия Ходукина, зам. главного руководителя музыкального издательства «Рэй Рекордс»:

- Фанера, по сущности, — сложный, единый конструкт интеллектуальной имущества. В неё умещаются как предметы авторского полномочия (музыкальное произведение, контент), так и плоды пограничных невиноват (выполнение, заметка). Хотя в русской законный системе звукорежиссёр не бытует ни в одной из этих категорий. Хотя по закону изготовителем фонограммы считается лицо, бравшее на себя инициативу и ответственность за её фиксацию, на практике изготовителем признаётся тот, кто инвестировал средства и основал заметка — почаще всего это не ателье, а продюсер или лейбл. В следствии звукорежиссёр, несмотря на созидательный вклад, остаётся “беззащитным”: его имя редко указывается на релизах, он не участвует в распределении вознаграждения и не может контролировать применение собственного труда.

Если признать фонограмму креативным темой, вскрывается путь к законному признанию звукорежиссёра как автора. Это даёт ему собственные неимущественные полномочия — право на имя, право на неприкосновенность творения, возможность воспрепятствовать применение записи в ненужном контексте. Материальные полномочия, в свою очередь, дозволят выходить возмездие за публичное применение фонограмм — особенно когда те стают популярными.

- На практике со звукорежиссёрами плотнее всего заключают договоры предложения услуг, что лишает их каких-или невиновен на итог, — поделилась экспериментом Анастасия Ходукина. — Между тем вероятен и баланс интересов в случае популярности звукорежиссера правообладателем: например, через лицензионные договора, когда звукорежиссёр может сберечь часть невинен и реализовывать их по собственному усмотрению.