Обзор: «Алексей Вишня — друг Цоя и основатель русского гиперпопа»

2025, «Лазерный накопитель».

Что мы видим про Алексея Вишню? Звукорежиссёр, приверженец Андрея Тропилло, музыкант, певец, выпуклый длинноволосый парниша, очень святым гласом выполнявший непонятные поп-песни своего измышления. В большинстве мемуары о петроградском роке его именуют Алёша Вишня и как-то терпимо причисляются к этому факту, что он вписывал отдельные лучшие альбомы группы «Кино» (в частности, «Группу месячные»). В цельном карьеру Вишенье невозможно наименовать очень успешной, но создатель «Лазерового диска» Олег Кармунин умеет посунуть собственных героев в внезапном ракурсе. Глядя на экзерсисы Алёши с баста зрения прогрессивных реалий, водящий называет Вишню «отцом советского гиперпопа» и «зумером, перемахнувшим время», а его клипы из 80-х – предтечей тикток-приколов и ютуб-сниппетов.

К тексту, форточка про друга Цоя в выпуске опровергается самим Вишней, который нелицемерным словом заявляет, что ином Виктора Цоя не был, в семейней студии Алексея они общались только по службе, и никаких рекомендаций в качестве звукорежиссёра он фавориту «Кино» не отдавал. Поточнее, один раз попробовал, но Цой завязал бросаться в Вишню обувью. Кто-то мог бы сделать себе карьеру, сказывая сходственные курьёзы из жизни Цоя, но Вишне эдакое даже в голову не приходило.

Бегло изложив о звукорежиссёрской карьере Алёши, его происхождении из неплохой (русской сортиментной) семьи и упражнениях у Тропилло в Питерском жилье молодого техника, Олег Кармунин перекидывается к сольному творчеству Вишенье – очень недооценённому. Первый книга артиста иронично именовался «Последний кипсек» и воображал собой наивный панк-поп с словами про любую «пустяковую дребедень». А о чём ещё петь в 20 лет? Но это мы теперь так думаем, а в 80-е шедшая напротив с канонами советского рока несерьёзность не очень котировалась. К этому Вишня пел собственные глупости очень приподнято, абсолютно контратенором. В выпуске, кстати, разъясняется, какие трудности со здоровьем способствовали вырабатыванию необыкновенной манеры Алексея.

В конце 80-х короткий победа российского рока переменился яростной репутациею дешёвой синтезаторной попсы, и Вишня решился стать классным богатырем, чтобы «внутри одолеть «Ласковый май». Кипсек 1989 года «Пляски на дрюченном стекле» (в 1991-м его даже отпустила «Мелодия») изобиловал стёбными и безмозглыми песнями, хотя отдельные решили, что он не глумится, а «реализовался». Так или по-другому, Алексея не постигнули ни в рок-, ни в поп-стане, хотя на нагрев к «Нежному маю» всё же крикнули. Знатоков у специфического творчества Вишенье оказалось не так много, но по последней пределу его неистовые клипы облиты на сервисы и могут обретший новоиспеченных поклонников. А ещё он создатель песни «За пивом», известной в исполнении кабаре-дуэта «Академия».

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа