Обзор: «Виктор Цой: главный рок-идол России / Истории кумиров»

2025, «Минаев Live».

Вообще-то, взглянув пару выпуска «Историй идолов» от Сергея Минаева и Дмитрия Болдина, я отписался от этого канала. В первоначальную очередь – потому что это довольно горько. Болдин своей неидеальной дикцией начитывает какой-то расширенный вариант заметки в Википедии, которую любой может прочитать самостоятельно. Лучше книжку про идола почитать, чем внимать это саммари. Вставки с эмоциональными и собственными комментариями Минаева чуток охлаждают представление, но не так, чтобы воздерживать часовые выпуски полностью. Словом, я перестал смотреть за «Историями идолов», но выпуску про Виктора Цоя выучили таковую рекламу, что довелось отметить час на его разбор. Почитателей «Кино» жёстко триггернули практические ляпсуса, и в сети допустили, что сноска для «Минаев Live» строчила нейросеть.

Ну что тут скажешь. Произнесённые Болдиным или Минаевым глупости по крайней мерке не дают созерцателю выпуска задрыхнуть. Только ты раззеваешься от скукотищи – раз, и богатыря «АССЫ» именуют Бананом вместо Бананана. Мы не ослышались? Нет, Дмитрий Болдин вновь сообщает про «растение», чтоб уж непременно. Необычно, что контекст вообще не призывал такого погружения в интрига «АССЫ»: символичное победное возникновение Цоя в окончании кинофильма Сергея Соловьёва тут главнее, чем познание о том, кого резал Сергей Бугаев. В какой-то момент Минаев излагит, что в Столице также был рок-клоб (по сущности был, но не именовался так), а фраза Болдина «к «Механическим удовлетворителям» пришёл успех» звучит как оксюморон. Подобных ляпов тут вправду хватает, и группа «Аквариум» в рассказе бытует без упоминания своего руководителя. В начале выпуска Минаев повествует, что выпуски о настолько глубоких личностях «стряпятся годами», так что, вероятно, времени всё-таки не хватило.

Но главная проблема не в этом. Даже подлинные ляпсусы не избавляют программу от запыленного налёта унылости. Минаев, который в молодость не повиновался «Кино» в символ протеста (все выслушивают, а я не как все), впоследствии поставил свойство Цоя так, что во введении к выпуску говорил каких-то напыщенных банальностей. Ну а Болдин опять показал способность максимально горько рассказывать даже про сверхинтересные рока.

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»