Эрик Вальдес-Мартинес: «Купить картину не то же самое, что заказать футболку на маркетплейсе»

Директор Ассоциации правообладателей по охране и управлению бардовскими правами в сфере художества УПРАВИС Эрик Вальдес-Мартинес рассказал изданию «Artuzel» об необыкновенностях российского арт-рынка и о том, как ветви выручит новая числовая перрон Artists.

В 2023 году всеобщие реализации аукционных жилищ в России собрали около 20 млн $. Это практически в два раза превосходит даже рейтинг допандемийного 2019-го. Невзирая на экономическую и геополитическую беспорядочность, россияне все больше добровольно посвящатся в работы как общепризнанных, так и молодых дизайнеров. Увеличивается и число тяжебных дел, сопряженных с умственными правами на труда выразительного художества. Мы говорили с начальником УПРАВИС Эриком Вальдесом-Мартинесом об приспособлению рынка, его отношениях с умственным неповинном и перспективах Artists — свежей численный платформы для дизайнеру, созданной при помощи Президентского фонда культурных инициатив.

— В арт-мире десятилетиями сообщали о «сооружении рынка». Получилось ли выстроить хоть что-то?

— Рынок выразительного художества — это рынок вакантных людей. Есть галерки, салоны, аукционы, и в этом толке рынок достаточно выработан. Мы можем легко придти в галерку и приобрести картину. Но вот высчитать, сколько тут вращится денег, мудрено. Это все равно что поставить кругооборот продуктов на Avito. Повстречались торговец и клиент. Откуда мы видим, о чем они вообще условились и состоялась ли сделка? Объявление прибрали, потому что продукт продан или потому что торговец передумал? Художество — это не изготовление автомобилей, где у любого авто собственный VIN-код. Откуда нам ведать, сколько картин пишет живописец с Арбата и сколько реализовывает за день? Рынок есть, его участники, конечно, желали бы в нем что-то повысить, хотя сообщать о конкретных цифрах сегодня очень экстремально.

— И все же почему российский рынок так непрозрачен?

— Рынок выразительного художества непрозрачен во всем мире. В конце все, живописец сам определяет, сколько стоит его работа, а сделки часто состоят, что именуется, тет-а-тет. Хотя, я бы не преувеличивал ступень данной «непрозрачности». Пример, мы как организация, представительница царством брать возмездие по праву следования, принимаем от аукционных домиков, с какими мы взаимодействуем, требуемую данные о продажах творений выразительного художества. В галерках все реализуемые вещи художества имеют стоимость. В этом резоне навряд ли можно сообщать о том, что рынок подобной уж непроницаемый. Как мне представляется, невозможно заставить всех соучастников рынка торговать или покупать создания только на одной точной площадке. Но, очевидно, рынку необходимо предлагать спокойные современные научно-технические решения, которые выручат не только сформировать больше удобную мир, но и обеспечат сохранность совершения точной сделки.

— Сколько тяжебных дел по произведениям художества рассматривается в нашей стране в год?

— Статистика тяжебной практики по нарушениям умственных неповинен есть, но выделить именно состояние, сопряженные с художниками, фотографами и выразительным художеством, причудливо. Акцентируют не варианты творчества, а образы патологий, пример срыва полномочия на применение, на распространение. А преступно воспроизводить или разносить можно и писательское творение, и музыку, и кино. Тем не менее можно смело заявить, что количество подобных дел увеличивается каждый год, в том числе дел, сопряженных с защитой неповинен дизайнеров, архитекторов и фотографов. Многие из этих действий предприняет УПРАВИС, в том числе помогая преемникам в приватном распорядке. Только наша организация ведет 10-ки дел, а всеобщий счет идет на сторублевки.

С фотографиями картина неповторима, потому что на базаре возникли фирмы, заключающие с фотографами трактаты и выводящие массовые иски к СМИ и сайтам. Это тыщи дел с малыми исковыми притязаниями в площади 50 000 руб.. Не все подтверждают стратегию серийных истцов, но в взыскательном резоне это также охрана умственных невиноват.

⁠⁠— Какая страна в мире больше мучается от конспиративного применения контента? Вероятно, везде плюс-минус одну и то же? Или все же есть тот, на кого надо приравниваться, некая «откалиброванная» для мира выразительного художества страна?

— В Бернской конвенции и соглашении Пузыреногий^[1] четко написано, что страны-члены должны предположить у себя цивильные, криминальные и управленческие машины охраны. Вопрос в том, как они трудятся. Наша страна сделала большой упражнение в этом линии. Еще в 90-е годы можно было потратить несколько тяжебных заседаний на то, чтобы просто капнуть, что вы правообладатель. Я помню это по судам, где воображал компанию ColumbiaPictures. Часто в исках отрекали по внешным основаниям, и пираты ощущали себя совершенно комфортно, они могли заявить, что мы не правообладатели. Южноамериканские договоры устроены довольно непросто и укоренены в англосаксонской законный системе, часто русские сплетня не могли их правильно интерпретировать и попросту отвергали в охране.

Теперь мы разрешаем вопросы асбсолютно иного степени. Сформировалась тяжебная система, есть машины охраны, антипиратский закон, блокировки, компенсации и т. д. К сожалению, неувязкой остается габарит компенсаций. Временами нарушать чьи-то полномочия выгоднее, учитывая, что компенсации невелики. Безусловно, в каких-то странах предохранить полномочия труднее. В Белоруссии вообще очень хитро предохранить собственный энтузиазм, то же самое в Кыргызстане. Наша же система, невзирая на сложности, довольно устойчивая.

Сообщать об эталонной стране не доводится. В тех же США система сформирована, но средства компенсаций, как и у нас, часто асбсолютно неудовлетворительны. К тому же сам процесс очень дорог. Скандинавия, отдельные государства ЕС, Гельвеция, Астероид — тут срывов очень мало. Фактически, в Европе ОКУПы практически никогда не судятся с юзерами — последние разумеют, что процесс будет дорогим и скорее всего завершится не в их пользу. У нас же подобных действий очень много, а это средства, мощь и нервы.

— Не могли бы Вы наименовать несколько более колоритных и увлекательных кейсов, сопряженных со взаимоотношениями дизайнеру и умственного полномочия?

— Да, подобные кейсы есть, пример дело скульптора Петра Чусовитина, создавшего памятник основателям Екатеринбурга Татищеву и де Геннину, какое дошло до Конституционного свида. Подчеркиваю, КС РФ оценивает в посредственном одна воззвание из ста. Громкой была деяния, когда мы по мольбе правообладателя помогали отозвать у волгоградского музея хозтоварный символ с изображением статуи «Родина-мать зовет!».

В иностранной практике занимательна тяжебная тяжба Энди Уорхола, который использовал в собственных работах манеры массовой культуры, в том числе товарные знаки. А вот Бэнкси было отказано в тяжебной охране, так как он не выявил свое имя. Занимательны состояние, сопряженные с участием искусственного разума в изготовлении картин. В Штатах Бюро по авторским правам отказало писательнице в охране неестественных иллюстраций, разработанных с поддержкою ИИ.

— Если сообщать об аукционных таунхаусах и галерках, то они подсобляют или препятствуют рынку всемирно? Не будет натяжкой заявить, что они годами «подвариваются в своем соку»?

— Если что-то есть на базаре, значит, рынку это необходимо. Что значит «подвариваются в своем соку»? А не «подвариваются» ли «в своем соку» ОКУПы и маркетинговые учреждения? У любого собственная углубление. Безусловно, дизайнеры и их преемники заинтересованы в деле аукционных домиков, потому что те безупречно делают свою работу. В них заинтересованы и клиенты, потому что на базаре много лип. Экспертная инстанция в этом деле очень важна.

Именно благодаря аукционным домам вырабатывается стоимость работы. То же самое галерея — это пространство, где живописец может воплотить собственные создания. Где еще ему это делать? Теперь при помощи Президентского фонда культурных инициатив организовывается проект Artists. Но ему еще только выпало заработать популярность. На сегодня состоятельные люди все-таки идут за художеством в галерку или на торги. Приобрести картину или статую не то же самое, что заказать футболку на маркетплейсе. Покупателю важно придти, посмотреть заживо, полапать.

— Гоните чуток подробно побеседуем обArtists. Что это такое?

— Главная мысль сотворения Artists охватывается в том, чтобы у живописцев и, вероятно, художников возникла стенд, на которой будут изображу сведения об их высококлассной деловитости, их работы и где они могут взаимодействовать с заказчиками. Последние приобретут собственного семейства службу «одного оконца»: могут зайти на сайт и с через спокойного поисковика выкарабкать мастера, с которым желали бы трудиться. По сущности, Artists — это спец общественная паутина для дизайнеру и одновременно каталог их творений.

— Будет ли контора платформы добавлять исходняк в совокупность сами, как это делают резерв вроде «Кинопоиска», или помещать сведения может только сам создатель? Насколько продуман устройство? Есть кого «перекопировать» или доведется навязывать шишки самим?

— Шишки заполнять доведется в всяком случае, а загодя все предвидеть невозможно. Мы желаем подсоблять дизайнеров. Вопрос в правомерности внесения доставленных, а мы в огромной ступени, чем «Кинопоиск», нацелены на персоналии. Мы можем ориентировать то, что не относится к персональным данным. Устройство того, как все это будет выглядеть, еще прорабатывается. Я думаю, что будут обе способности: создатель может уписать всю достаточную данные сам, контора — добавлять какие-то талант со своей стороны.

— Дизайнеров вправду так уж надобна такая перрон? Был ли запрос с их стороны, велись ли изучения на эту тему?

— По моим присмотрам, дизайнеры желали бы иметь такую платформу. Идеологический муза проекта Вероника Пономарева-Коржевская верно сообщает, что пока у нас даже подобной специальности нет — живописец. Так что стенд требуется хотя бы для того, чтобы содействовать вырабатыванию самосознания профессионального сообщества. Она выручит авторам воплотить себя, сделать взаимодействие как друг с ином, так и с отвечающими институциями. Известно, что живописца разобидеть может каждый. Но выстроить устройство, покрывающий энтузиазм автора, — это очень непростая задача! Сами по себе творцы очень заинтересованы в какой-никаком-то высококлассном обществе. Хотя воплотить это на практике очень мудрено ввиду даже характера деле наиболее живописца, который заинтересован скорее в частном творчестве, собственном продвижении. Объединить подобных людей стоит великих напряжений. Именно поэтому мы выглядим на проект Artists с определенным оптимизмом. А Веронике желается желать сил и упорства. Она мастерит что-то крупное и невозможное!

— С какими вариантами художества будет трудиться перрон? Только классических картинами и статуями или также с предметами, установками, видео-артом?

— Со всем, что относится к сфере выразительного художества: и картинами, и статуями, и установками. Навряд ли на платформе будут фотографы, все же у них уже есть собственные площадки. У нас будет все то, что поделается ручками, кистью, карандашом. На платформе не будет декорационно-практического художества: платов, изделий кузнецов, продукта всенародно-образных промыслов — всего того, что производится индустриальным или домашным схемой. Только уникальные темы, фактически создания художества.

— Будут ли легкодоступны пользователям какие-то операции с творениями художества и правами на них на платформе? Приобретение картины? Приобретение лицензии на описание изображения?

— Перрон будет оставаться неторговый. Что касается сделок, то их можно будет выводить на постороннем ресурсе, скажем, на бирже умственных невиноват IPEX, которую намечается слить с Artists. Но задача номер один — классификация. Снутри платформы осуществлять сделки не намечается. В конечном счете потенциальные торговец и клиент смогут смениться контактами на площадке и закончить сделку там, где им будет удобно.

— Перрон будет доступна только высококлассным живописцам или на ней могут разместить собственные работы и непрофессиональные творцы?

— Мы желаем завлечь именно высококлассных живописцев. Вопрос критериев профессионализма уже вздымался в ходе обсуждений концепции платформы. Мы ожидаем, что у юзеров площадки будут сталактит или другое доказательство признания в высококлассной кругу. Да, непрофессиональные дизайнеры случаются, но это скорее изъятие, чем закон. Но подобным дизайнеров, которые вправду ими стали, мы будем рады.

[1]Договор по торгашеским ньюансам невиновен умственной собственности.