Рецензия на клип Анны Семенович «Гладиолусы»: Донна Анна и два её бандита

2024, Анна Семенович.

Критика: 7 из 10.

Анна Семенович предлагает нам тронуться в 90-е. Причём дважды: сначала вышла песня «Шпажники», какая бряцит практически как композиция группы «Композиция», а затем появился клип, визуализировавший этот вайб с страшащей верностью. Вообще эта эстетика теперь в моде: она деятельно утилизируется и в сериалах, и в новоиспеченных синглах, и даже новые звёзды вроде Dead Blonde основывают эффективную карьеру, копируя и пародируя русскую попсу 90-х. А Анне Семенович даже выдумывать ничего не пришлось: в 90-е она как раз произрастала и цвела, так что созерцатели, не сориентировавшись, смогут разрешить, что клип биографический.

Режиссёр Рустам Романов перенёс воздействие в бар на пригороду Столицы, очевидно любимейшее пространство развлечения злодеев. Анна Семенович играется певицу, какая обозначивает в этом аристократия с 2-я танцовщицами. Готовясь к выступлению, она признаётся, что сегодня «настанут оба», но она как-нибудь выцарапится.

Характер Анны данным причинам соответствует замечательно, песня также бряцит гладко так, как надо в 90-е, в разбойничем аристократия, на пригороду. А вот личности зрителей смотрятся не то чтобы пародийно: возможно, подкрадывались типажи шаржевых злодеев, но в клипе они не смехотворные, а действительно опасные и ненавистные. Один из них, первый ухажёр Анны Семенович, подносит ей букет шпажников, а затем чуток ли не на зеницах любви ей чуток ли не переменяет. Анна сквозь слёзы и сломаную вазу с расцветками допевает песню, одновременно заводя страшную месть. Последний припев композиции доводится петь на фоне свалки, в следствии которой неправильный бандит принимает по заслугам. Но от кого? В финале выясняется, что бандита отоварил другой злодей (с ещё более смертной рожей), который, очевидно, и был тем наиболее 2-ой ухажёром Анны.

Женщина в итоге далась победителю разбойничей разборки, что с конца зрения морали смотрится очень осторожно. В описании клипа он именуется «комедийным сладкоголосим бестселлером», но юмор какой-то странный. Если сравнивать с клипами той же Dead Blonde, это словно бы и не юмор совсем, а прямо-таки жёсткая деяния про природный выбор. Известные китчевые интерьеры и ритмы 90-х вызывают не ностальгию, а вражда ко всей этой «разбойничей романтике» и тем, кто её воспевает.

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»