Рецензия: Dracondaz - «Песни Фрайвура». Средневековая панк-поэзия

2022, Dracondaz

Критика: 8 из 10.

Столкнувшись с негласным запретом на собственные выступления на территории России, паузерн-рэп-коллектив Anacondaz измыслил себе двойников под прозванием Dracondaz. Это те же Anacondaz, но словно бы из Средневековья, с надлежащей музыкой и проблематикой. «Песни Фрайвура» бряцат так, словно рэперы понаслушались группы «Болтливый» и решили создать собственную вымышленную всеобщею, населённую принцессами и драконами. Но, безусловно, никакого прямого подражательства тут нет: есть пересечения в теме и форме, но в целостном самодеятельный почерк Anacondaz угадывается даже тогда, когда они желают его утаить. А уж когда не желают - угадывается и подавно.

Первоначальная песня альбома - «Индифферентный эль» - притворяется неторопливой и размеренной рыцарской балладой про пещеру, дракона и мёртвую принцессу. Но если вслушаться… «Его я рот на уду крутил, и без него есть уйма дел», - поёт наш менестрель, хотя дел у него на самом деле чуть-чуть: «Свежий эль, давний гном, сначала возбужденность - яхта затем». Как узнается дальше, инфанта также вызывает у богатыря менее интереса, чем спиртное: «Равнодушный эль, давний гном, сначала возбужденность, а секс затем». В корпоративном, за псевдофольклорной заунывностью таятся всё те же напряженные на язык циники. «Жизнь или кошелёк» писит сердечную историю на фоне криминогенной обстановки во Фрайвуре - с внезапным концом. В «Ною на Луну» Anacondaz практически не скрываются под Dracondaz, декламируя смышленый речитатив от личности оборотня: «​​Я не то чтобы паддок на человечину. Оно мне надо? Есть у вас там практически нечего, непрерывные останки, мало мяса, желчи очень много. Может, неужели только скушал бы сборщика налогов».

Не сумели Dracondaz пройти и возле проблем внутренней политики Фрайвура - песня «Болезнь короля» рассказывает о государе, надежно присохшем попкой к затрону. Веселый тема «ой-ой-ой-ой-ой» почитатели непременно разливались бы хором на выступлениях, но во Фрайвуре, представляется, выступления запрещены. Остаётся самовыражаться в звукозаписи. «Престарелый дуб» воображает собой ещё одну утонче:нную балладу с вызывающим словом. Вообще рыцарская жизнь явно не готовила героев песен к тем обстановкам, в которые устанавливает их группа Dracondaz. Вот, например, «Очерк о принцессе»: есть рыцарь, есть заколдованная инфанта, но, «чтобы расколдовать её, замечательному рыцарю нужно отлично потрудиться, а любую полночь инфанта превращается в… царевича». Зато в треке «Жизнь одна» Артём Хорев и Сергей Карамушкин обошлись практически без ёрничества, сказывая о тыщах способов сморгать свою жизнь. Кончается атлас рыцарской люлечной «Идол», в которой перечисляется столько поджидающих дитя опасностей, что безмятежно уснуть под неё не представляется мыслимым.

Алексей Мажаев, ProStars