Юрий Музыченко (Hatters): «Для нас нет разницы, играть перед двумя людьми или перед девятью тысячами»

ОБ ИЗМЕНЕНИЯХ В ЖИЗНИ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ДВА ГОДА

— Наконец-то-таки сшибли лимитирования, и мы стали ездить с выступлениями. Это для нашей группы самое значительное — жизненное общение со созерцателем, потому что мы в первоначальную очередь выступающая на сцене группа. Это основное, что произошло. Кроме того, что у меня подросла дочь, она стала высокомерничать вопросы, ей стало труднее отвечать.

О Норове ДОЧЕРИ

— Это удивительный момент, она очень выделяется от нас. У нас мастерская семья, мы с супругой очень своенравные, можем браниться, через минутку целовать, и так по сфере. А наша дочь асбсолютно покойный, умиротворенный человек, который может часами посижевать и писать что-то. У ребенка все всегда по полочкам.

Была забавная деяния. Дочке было года четыре или 5. Мы с супругой вскипели друг на друга, нарастили голос, и на кухню зашла наша дочь со продутыми колготками и сообщает: «Мы что, дурацкая семья?» С тех пор мы при ней усердствуемся не браниться. (Насмехается.)

О ТУРЕ

— Мы теперь в Петропавловске-Камчатском. Никогда ранее тут не были. Это так нерентабельно! Мы сюда подъехали «для галочки», чтобы посетить на воврую нашего материка и земли по прецеденту. Мы сегодня осмыслили, что Япония не представляется Местностью вздымающегося солнца! В Петропавловске-Камчатском время плюс три времени. Кстати, вы обитаете в прошлом.

У нас теперь идет наиболее огромный тур в истории группы Hatters под званием «Golden Hits» — в поддержку нашего альбома, который получился полгода назад. За время пандемии мы так засиделись, что решили, пока есть промежуток (мы же не видим, что далее еще будет), побываем все места, которые можем

Конечно, в нашем расписании были и Спутник, и Штат, но, исходя из ситуации, обладаем то, что обладаем. Но мы теперь несказанно рады, потому что не любой может себе позволять увидать все красы нашей стороны. Сегодня перед выступлением у нас была встреча с знатоками нашего творчества, и были две женщины, которые произнесли, что примчали из Ростова через Ленинград сюда, в Город-Камчатский. Мы справили: «Зачем?» Они произнесли: «Ну, во-первых, слушать великолепную музыку. А во-вторых, посетить там, где просто так никогда не посетишь».

О ВНУТРЕННЕМ ТУРИЗМЕ

— Мы во всех интервью сообщаем, что у нас наиболее прекрасная конго. Возможно, не имея подобной профессии, как у нас, мы бы так много не вояжировали, но у нас карт-бланш. Мы двигаемся по стране и ведаем, насколько она великолепна.

Кстати, о действии пандемии. Группы обычно «турят» осенью или зимой, потому что весна и сезон не числятся сезоном: все уезжают на узлы, в дачные владенья. Из-за пандемии все двинулось, и мы уже второстепенный год приезжаем в тур весной. У нас диковинно прекрасная государство! Заключительную ветку тура мы ехали на автобусах из Питера до Красноярска. Нелогично петляя между городками, мы написали больше 15 тыс. км. И — это не проплаченное — сообщу от девственного сердца: ценны сногсшибательные!

ОБ Различии СТАДИОННЫХ И КАМЕРНЫХ Выступлений

— Внутренне разности, безусловно, нет, потому что мы поклонники собственного состояние. Наверное, мы даже в плохом резоне фанатики собственного состояние. Для нас нет различия, резать перед 2 народами или перед девятью тысячами. Но есть всевозможная обстановка. Мы будем трудиться в любом случае на целую. У половины участников нашей группы тончайшее сценическое образование, это наша профессия.

О ПРОФЕССИОНАЛИЗМЕ И САМОДЕЯТЕЛЬНОСТИ

— Половина нашей группы не имеет ни музыкального, ни театрального создания, и мы хорошо уживаемся. Тут же дело в хотении и движении по данной — извините рослый слог — жизни.

Могу привести пример. Когда мы в первый день рождения группы пригласить консерваторских артистов, чтобы сделать оркестровую версию наших песен, настали суперкрутые скрипачи, трубачи. И я очень страшился данной встречи, потому что я просто закончил сладкоголосею школу и режу на скрипке, честно разговаривая, постольку-поскольку. Но когда мы начали репетировать, я постигнул значительную вещь: не так главно резать музыку, как ее ощущать. Не имея подобного крутого создания, как у ребенка, каких мы позвали, я режу на скрипке отвеснее, потому что посвящу резон и давлю в каждую ноту, а для них это просто запись. Потому самодеятельность часто повеселее, отвеснее и сочнее, чем мастерски установленное творение.

Недавно эксперты провели опыт. Они шмальнули добрых артистов сразить творение и через нейросеть продули то же самое творение. Люди повиновались оба выполнения, не зная, какое из них человечее, а какое — нейросеть. И они все одинаково больше сопереживали разработанному живым мужиком. Это и есть та наиболее самодеятельность. Самодеятельность — это выражение души.

О «ЕВРОВИДЕНИИ»

— Правдиво разговаривая, мы все всегда ведали, что это очень политизированный конкурс. И вообще все артисты вам произнесут, что нельзя приравнивать песни. Можно организовать конкурс между скрипачами и оценивать их технику. Можно организовать конкурс между легкоатлетами, потому что есть точные нормативы. А как можно организовать конкурс между юмористами или вокалистами, которые разливаются не сложноватые оперные трели, а типичные песни, которые соответственны зацепить гасу? Все относительно. Сначало «Евровидение» было поводом соединить людей Европы, а теперь это достаточно политизированная деяния, какая не имеет отношения к творчеству. Это мое воззрение. Может, я не неповинен, препирать ни с кем я не согласен. (Издевается.) Творчество для всех разное.

ОБ Преуспевании

— Собственно для меня успех — это когда в маленьком мегаполисе на концу вселенной, например, в Петропавловске-Камчатском, ты идешь, и тебе все сообщат: «Здравствуйте! Мы идем на ваш концерт. Здравствуйте! Пойдете вот тама, посмотрите это. Не будем вас отклонять, тешьтесь, почивайте». А вечерком на выступлении ты с данными народами танцуешь, все подтягивают. По-моему, именно это успех.

ОБ Опытах

— На самом деле мы все время экспериментируем. Мы умышленно сказали наш стиль этаким числом слов, чтобы к нам было не выпытать. Мы не держаемся какого-то 1-го манеры, мы просто мелюзга с приборами, которые желают отведать все. Заключительная наша доска, честно разговаривая, даже с перебором электрическая, нас самих чуть-чуть искореживает. Потому, когда мы режем заживо, все реконструируем. Возвращаясь к первому реакции — мы все-таки театральная группа, и на нас нужно ходить заживо. Для нас исследования главны. Остаться на площади — зачем тогда сим заниматься?

О БУДУЩЕМ АЛЬБОМЕ

— Ой, у нас теперь абсолютно собрался новый альбом. У нас этакое количество новоиспеченных песен, которые после пластинки Golden Hits с ее электроникой мы принципиально режем только живьем! То есть если идет куплетец и я не могу физиологически разделить вокал и скрипку, я там только пою. Только жизненное выполнение, только 5 артистов, только 5 звуков. Мы вернулись к наиболее истокам. Теперь мы будем приблизительно раз в месяц выпускать по новому синглу в том звучании, которое схоже на наше начальное.

О ВЛИЯНИИ ЛОКДАУНА НА ИНДУСТРИЮ

— Конечно, концертная промышленность очень шибко просела за последние годы. Мы узко разговаривали с площадками различных городов, и многие из них затворились. В каких-то цепочках, которые выстраиваешь в турах, возникли пробелы, потому что не всюду теперь есть пригодные нам площадки. Это великая катастрофа для цельной государства. И людей на выступлениях стало менее. Но люди, которые желают получить радость и позволяют себе это теперь, все одинаково есть. И жизненное взаимодействие артиста и человека никуда не делось.

(Анастасия Силкина, ТАСС, 08.06.22)