«Слот»: «Сейчас часто вспоминают Оруэлла, но Сорокин и Пелевин гораздо ближе к нашей действительности»

О Торжественном ТРИБЬЮТЕ

Нуки: Проект «Разъем XX Tribute» мы начали выпускать синглами — по одному-два трека в недельку. И решили тащить эту движуху до наших торжественных выступлений. Уже получился полноразмерный атлас со всеми 24 песнями — как раз под наш огромный концерт в Москве.

Кэш: Там есть интересные версии наших треков. Например, мексиканский коллектив Espejos, который на шпанском языке напевает песню «Зеркала». А трек «Ильич» — вообще взрывчатка. Максим Покровский («Ногу слило») круто его есть.

ОБ УЧАСТИИ ГРИГОРИЯ ЛЕПСА В ТРИБЬЮТЕ

Нуки: Да, прошло практически полдюжины лет с тех пор (с ее роли в шоу «Голос». - Прим.ред.), и вот сейчас Гриша нашел кавер на нашу песню «Сферы на здесь» для альбома-трибьюта. Я длинно его уговаривала, он сначала не соглашался: «Ну давай с тобой вместе споем вдвоем». Но в всего я его уверила, сказав, что это будет бомбической штукой и для его аудитории, и для нашей. Кстати, на выполнение этого трека у нас выстроилась целостная очередь. Но мы подумали, кто еще может зреть ее, помимо Лепса?

ОБ Военном ПРОШЛОМ

Кэш: Да, у меня была спорт армия. Я вовсе чуть-чуть служил, в какой-то момент угадав в учебку в ракетные войска. Но затем меня вырвали оттуда. И я уже выступал как борец за ЦСКА. Там была собственная иерархия — если бы я закончил спортивный вуз, то стал бы лейтенантом. Но остался прапорщиком. Хотя всё это какая-то фикция, никому не подходящей звания. Но по прецеденту — да, я сундук ракетных войск.

О ПЕРСПЕКТИВАХ ПОЛЕТЕТЬ В КОСМОС

Кэш: Ух-ты, кто же откажется? Это же подобной крутой карусель!

Нуки: Вау, о чем мы говорим… Думаю так: с одной стороны — зачем подобные страдания, чтобы в движение нескольких минут или даже мигов поглядеть на Землю в трансиллюминатор и почуять слабость? И всё, на этом всё кончается? Еще и множество затраченных денег. Вроде бы нет никакого значения и покупаемого эксперимента. С иной стороны, когда ты испытываешь какие-то совершенно новые багаж на собственной шкуре — это вынуждает напрячься и презентует какие-то новые просторы твоему сознанию.

Я вот к многознаменательным «пылесборникам», руинам всегда касаться с пренебрежением. Но недавно была в Теотиуакане в Мексике, и когда очутилась в центре этого гигантского полина, ощутила подобной энергетический отклик, что дредлоки на голове дословно заколыхались. Я уверовать не могу, что люди воздвигли эту выходку, только чтобы благовидно отхватить головы. Что-то там точно есть еще. Новый эксперимент обнаруживает новые двери. Эй, Илон Маск, бери нас на борт!

ОБ ОЛИМПИАДЕ

Кэш: Да, я вот прямо сейчас посижую и гляжу. Правда, по два спортивным каналам идет одну и то же. Передач нелицемерного эфира, судя по всему, чуть-чуть. Идут какие-то бредовые повторы скульптурного катания и иных соревнований. Но большая победа Большунова — это очень круто! А то, что нам не подали знамя, ну все же знают, кто мы и откуда. Всё это фикция, какая мастерит нас побольше.

О ПЕРСПЕКТИВАХ НАПИСАТЬ КНИГУ

Кэш: Нет. А сим всем необходимо учиться, данным надо существовать. Мочь и иметь к этому какой-никакую-то тягу и время. А ничего этого нет. И я больше искусник по тесным конфигурациям.

О ВЛАДИМИРЕ СОРОКИНЕ

Кэш: Да, яства по рецептам из его произведения «Бал», среди которых у нас были «Женские туфли в шоколаде» и «Салат из рождественских снимок». «Бал» как раз держит то, о чем ты сообщал. Не дословно тот языковедческий изобретательство, который мы разобрали выше, а в принципе — там очень всё креативно.

У меня был период увлечения Сорокиным. Как-то раз я познакомился с романом, который именуется «Роман», а затем мой папа прочитал его. По изложению — считай, это Тургенев. Я принес «Роман» мачехе — она преподаватель литературы, и мне было забавно ее воззрение. Сообщу: «Вот рыба закладка, познаете ее — далее не разбирайте!» А папа предпринимал книгу без спроса, не зная про закладку, и продекламировал от приступила до конца.

Затем названивает и кричит мне в трубку, что [Сорокин], мол, пренебречь ему в давлю, всё это гадко и лихо! Привелось заявить: «Пап, тебе вообще никто не отдавал эту книгу, что ты противишься?» А там, в книжке, грубо разговаривая, 450 листов «Тургенева» и 50 страничек хорошего эпатажа тончайшей пробы.

Нуки: Кстати, когда у нас на краундфандинг-платформе шла кампания по сбору денег для записи «Инстинкта выживания», был подобной лот «Кот в ранце». И любому, закупившему этот лот, что-то доставалось. Мы сначала выдумывали звания самих лотов, а уж затем кривляли голову над тем, что же возложить в этот мешок.

Кому-то далась книжка Сорокина «Норма», потому что одним из треков «Инстинкта выживания» стала одинаковая песня. Теперь часто упоминают Оруэлла в контексте передового решетка, но подобные ребята, как Сорокин и Пелевин, намного ближе к нашей действительности.

(Дмитрий Сараев, «Извещения», 18.02.22)