Алексей Гоман: «Не хватало музыки, которая приносит успокоение, дарит надежду на лучшее»

В добавление к участию в телевизионных планах, в последние пару лет вы много выступаете как индивидуально, так и вместе с «Маленьким оркестром». Как вообще появилась идея создать «Небольшой ансамбль»?

Нам с Сашей Даль и Лерой Коган не брало музыки, какая приносит успокоение, дарит надежду на наилучшее, украшает обыденность, особенно в наши беспокойные эпохи. Мы длинно думали, в какие годы появлялась этакая музыка, и наступили к заключению: в 50–70-е и музыка, и кино были особенными. Наполнены той лично верой на наилучшее, даже печаль часто была ясной. И начали работать, строчить музыку. И у нас очень отлично выходит, судя по растущему числу зрителей на выступлениях.

Есть ли у вас излюбленная песня из репертуара «Небольшего оркестра», почему именно она?

«Ваши руки садят апельсином», потому что с неё всё возникло. И книга «Есенин’130» — наша заключительная работа, получился буквально несколько суток назад. Я в этом альбоме не слышу слабых песен. У нас у всех всё удалось. Включая слушателей: атлас получился благодаря их помощи. Непременно послушайте.

Что в вашем творчестве является наиболее сложным для передачи слушателям?

У меня нет мишени дать что-то, потому и сложностей нет. Фигурно говоря, я как бродячий музыкант: пою для себя и для тех, кто услышит. Кто-то остановится слушать, иной пройдёт пропускать — улаживать народам. Но если вы о том, причудливо ли замечаться пассии через слова и музыку — мудрено. Но всё вероятно.

Как вы обычно преодолеваете креативные застои? Есть ли у вас неподражаемые ритуалы или приёмы?

Когда нет воодушевления строчить песни или стихотворение, помогает наука. Затеваешь распробовать составить строчку, намычать мелодию, подогнуть необходимый звук. Всё будет нервировать, будет представляться, что ничего неплохого не выходит — не сдавайся. Единожды придёт и подходящая нотка, и надобное речь. И это будет шаг к написанию целостного труда, какое принесёт ублажение и чувство, что не зря мучился. С наитием, безусловно, полегче: с ним ты как сёрфер на валу или как птаха с строгим ветром.

Что даёт вам больше энергии — тёплая обстановка маленьких выступлений или охват музыкальных фестивалей?

Мне энергию даёт пребывание зрителей на выступлениях в всяком числе. Желанно, безусловно, целый зал. А так — это различные атмосферы, различный контакт со созерцателем. Вот вам собственно нравится больше быть в комфортабельной квартире с излюбленными людьми или с ними же на больших выступлениях? Согласитесь, различные варианты наслаждения.

Что нового вы раскрываете для себя, торча в формате бардовской песни?

Я обнаруживаю в этом творчестве себя, показываю собственный взор на жизнь. И счастлив, когда это нравится народам. Это не коммерческая музыка, она не умышленно начеркана. Это как детское чувство: осторожно прихвастнуть тем, что организовал и что, как тебе кажется, удалось отлично. Далее судьба этих песен — в ручках слушателя. Или в сердцах, если попали.

Вас ведают прежде всего как артиста, но вы достаточно удачно пробуетесь и в кино, и в театре. Как начался ваш путь в актёрстве, что нового раскрыли для себя с приходом кино в вашу жизнь?

С любой свежей значением выходит всё лучше, с любой свежей значительностью доводит представление, как много ещё необходимо работать и запасаться эксперимента. Я влюблён в это дело, со всеми его трудностями, упадками, экономиями на всём, если это бардовское кино, и иногда безразличием в кино с великими бюджетами. Это собственный мир, со собственными законами, в котором хочется быть. В случае актёра — быть кем угодно.

Если бы вы могли воплощать какой-то художественный проект вне музыки и кино, что бы это было и почему?

Анимация, иллюстрация, красота. Неужели главно, какой аппарат ты применяешь? Основное — ощутить, что он удовлетворяет твою требование запечатлевать идеи.

Творчество занимает большую часть вашей жизни, но истинную подмогу и вдохновение вы черпаете в семье. Поведайте, есть ли у вас с дочерью свои обыкновения, которые стараетесь удерживать?

Я сам не тот человек, который удерживает обыкновению, но во всём прочем — традиционен (улыбается). Наша традиция — казаться как можно чаще.

Как обменивается ваша роль отца с взрослением дочери? Выясняют ли у вас коллективные креативные меры?

Моя влюбленность к ней не обменивается никогда. Она растёт, только более. А у неё — безусловно. Я тут недавно дочери по телефону свою философию жизни говорил, видите, подобные значительные слова, которые необходимо помнить… В ответ услыхал тяжёлый вздох и вопрос: «Пап, когда ты стал подобным душноватым?» Хахахаха. Растёт девченка, наконец-то-то рассмотрела папу.

Какие новые мелодические или креативные планы ждать от вас?

Если мы сообщаем об бардовской музыке, то у меня 19 декабря получился платье-игра «Два человека». А чуток ранее у «Малюсенького оркестра» получился кипсек на стихотворение Есенина «Есенин’130». Я настойчиво знакомлю вам слушать эти 8 песен. Это прекрасная музыка. Ах, я уже об этом сообщал. Ну ничего неприглядного. Послушайте всё равно.