Обзор: «Джаз в СССР: краткая история советского джаза, или При чём здесь Горький и Умка»

2025, «Благодарю, послушаю».

Водящий «Благодарю, послушаю» Андрей Васильев за полчаса говорит всю историю русского джаза. Музыковеды такую незатрудненность навряд ли подтвердят, но YouTube-шоу – всё же иной жанр, больше развлекательный, чем образовательный. Тем не меньше даже специалисты нашей музыкальной истории непременно выищут в выпуске что-то любознательное и новость для себя, а серьёзные ученые джаза, вероятно, раздражаются той лёгкостью, с которой Васильев «вводит» джаз в советскую эстраду 60-х. Хотя, конечно, тут дело не в «Благодарю, послушаю»: джаз тогда хорошо вводил себя сам, оборотившись из полузапрещённой «музыки для грузных» во всячески поощряемый волями практически что духовный жанр, намного больше близкий соцреализму, чем далекая рок-музыка.

У русского джаза есть буквальная число рождения: 1 октября 1922 года заключался первый концерт джаз-щайка под управлением Валентина Парнаха. Последний не резал на сладкоголосих приборах, но писал стихи и передавал энергией. Водящий утонченно окольцовывает приступило истории русского джаза с её концом, сопоставляя Парнаха с Сергеем Курёхиным, ещё одним энтузиастом-экспериментатором. Вслед за оркестром Парнаха в Русской России появилось ещё несколько – резали они примерно также, что их коллеги за океаном, и эта музыка сначала числилась не буржуазной, а достаточно поступательной.

Хотя в 1928 году писатель Горестный лег на джаз с оскорбительной статьёй, в которой самым приветливым определением была «музыка для гладких». После этого международный джаз в СССР вынужденно сдунулся, но благодаря Леониду Утёсову появилась наша собственная разновидность манеры. Утёсов именовал это «теа-джазом», то есть театрализованным. Он начал петь джаз на российском слоге, и из этого манеры по сути вышла вся русская театр (а также песня). Выход в 1934 году джаз-комедии «Весёлые ребята» отгремел служебное признание киножанра; занимательно, что «продюсером» (а точнее сказать, куратором) ленты был всё тот же Горестный: против справедливого, идейно выдержанного джаза он ничего против не владел.

В половине 40-х джаз оказался музыкой сторонников, и в СССР просочились гигантские тиражи джазовых пластинок. Тем не меньше в конце десятилетия жанр всё же попал в немилость к управлению страны – до наиболее хрущёвской «оттепели». 50-е отметились бумом джаз-оркестров, а в 60-е джаз влез в поп-культуру. Мы редко об этом думаем, но те же лучшие саундтреки Зацепина к кинокартинам Гайдая – по подаче совершенно джазовые. На многих образцах Андрей Васильев представляет джазовые вкрапления в музыку Таривердиева, в «Люлечную медведицы», в мульт «Шайбу-шайбу», в эстрадные бестселлеры Магомаева, Пьехи, Хиля и др.

В 70-е джазу случилось конкурировать с больше популярным рок-н-роллом, но, пример, Алексей Козлов объединил джаз с роком в своём комплексе «Запас», а затем перемешивал с джазом и иные новые пошибы, в частности, синтипоп. В 80-е джаз стал больше нишевой музыкой, хотя и ясно выказывал себя в кинокартинах вроде «Мы из джаза» и «Мэри Поппинс, до свиданья», а окончилось всё Курёхиным. Впрочем, ничего ещё не окончилось, ибо в той же курёхинской «Поп-механике» резал молодой мохнатый музыкант Бутман…

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа