Цифровой переход для музеев: будущее в настоящем

Музей-заповедчик «Усадебка “Мураново”» совместно с IPQuorum и Российский народный красиво-производственный ситет им. С.Г.Строганова при содействию Президентского фонда развитых инициатив реализовывают проект сотворения 3D-снимок вещей мебели из собственного собрания. Музеи все деятельнее утилизируют технологии как во внутренней деловитости, так и в выставленной. IPQuorum попробовал ориентироваться, куда ведет музеи дигитальный переход.

Не мода, но необходимость

Применение IT-технологий в музейном деле — условие времени. Между тем цифровизация ветви имеет долговременную историю и появилась вовсе не как уступка популярным веяниям. В недрах даже вовсе маленького музея беспрерывно вертится кулак документооборота. Отмечается прибытие экспонатов, их положение и перемещение, доклады о реставраторных работах, проведении вставных выставок и участии в межмузейных проектах. Добавим к этому учено-экспериментальную и образовательную активность работников. После чего заработаем количество, который люду малосведущему нелегко даже отрекомендовать. А для музейщика это каждодневная и довольно изнурительная работа, справляться с которой вручную стало мудрено уже к концу 60-х лет прошедшего века. Учитывая расширение наружных контактов и повышение собраний музеев, масштабы трудности год от года только разрастались. Решением на нее стало творение по постановлению Совета Министров СССР Учено-экспериментального центра единых тем управления и развития ветвями культуры при федеративном Министерстве культуры, где в том числе воспламенялись и разработкой отраслевых автоматизированных систем учета.

Первоначальными жгучесть трудности осмыслили огромнейшие музеи державы. Ожиданно, что сначала исследование информационно-искательских систем начали Эрмитаж и Российский музей. Они были местными, заточенными на точные, довольно неширокие вопроса, но стали первоначальными ласточка-касаточками процесса цифровизации музейной делу. Пример, для коллекции монет эры Сасанидов, хранящейся в Эрмитаже, была сотворена информационно-искательская система, дозволявшая обдумывать несколько 10-ов характеристик. Среди конструкторов был Лев Яковлевич Нуль, ныне профессор кафедры музеологии факультета истории художества РГГУ. Тогда в каталог было привнесено всего 250 монет. По прогрессивным меркам — капля в море. Но это было только приступило. В конце 80-х Лев Нуль получал участие в разработке электрической системы учета всего собрания ГМИИ им. А. С. Пушкина.

Еще 30–40 лет назад музейщиков надо было убеждать в эффективности применения вычисляемыой технической и информационных систем для оптимизации внутреннего документооборота. С данной мишенью в 1996 году энтузиасты популяризации IТ досоздали общественную организацию «Автоматизирование работы музеев и информативные технологии» (АДИТ). У ее истоков, кроме Льва Ноля, защищали такие выглядывающие русские музейщики, как Александр Дремайлов из Музеев Столичного Кремля и Дмитрий Перцев из Казенной Третьяковской череды. Сначала это был собственного семейства «безупречный клоб» по размену экспериментом, концентрировавший преимущественно музеи европейской доли державы. Сегодня, превратившись в неторговый супряга (НП), АДИТ объединяет больше 100 отдельных и коллективных членов из многообразных ареалов, включая наиболее отдаленные. Это община специалистов, сподручных планировать информативные системы, выпускать мультимедиапродукцию, основывать сайтики и мобильные прибавления, водить электронные архивы и значительное иное.

«Сначала пк просто поменял марающую машину, а сейчас используется во всех сферах музейной делу, подобных как подсчет, учено-фондовая работа, реконструкция, экспозиционно-выставочная активность и так дальше. Сегодня без них музей быть не может, а на них стоит вся его разнообразная внутренняя активность — продажа билетов, продвижение, доставка защиты и безопасности, работа с гостями, книгопечатная активность и так дальше. Практически он воображает собой собственного семейства многоуровневую экосистему, соединяющую наиболее различные функции. Положение цифровизации, хорошо разработанная под специфику точного музея, делается надежной гарантией от неудачных или даже вредных ответов», — установит Лев Нуль. Сегодня усмиряющее число национальных музеев (возле тысячи) обустроены КАМИС — Единой автоматизированной музейной информативной системой.

Найдется все

Следующим шагом процесса цифровизации наших музеев стало творение Правительственного каталога Музейного фонда Русской Федерации — единой системы учета музейных коллекций. Живопись, письменность, бюст, коллекционирование, несерьезно-прикладное художество, вещи археологии, вооружение, необыкновенные книжки, фото и архивные бумаги, естественно-академические, техники и минералогические собрания — в сегментах каталога предусмотрено абсолютно все. Первоначальная испытание создать земскую склад информации подобного профиля предпринимались еще в центре 90-х лет, но преуспеванием не увенчалась. В начале 2000-х пробовали еще раз, однако технически гарантировать передачу в каталог больших размеров информации о музейных вещах посчастливилось только к 2015 году. Перед государственными музеями была поставлена задача создать цифровые копии собственных собраний и вместе с препроводительной информацией навалить в информационную склад Госкаталога. Ее выработка обязано быть завершено к концу 2025 года. Интимные музеи смогут воображать в нем собственные собрания, если сочтут это целесообразным.

Заполнение каталога ведется весьма деятельно, но есть и ряд трудностей. Первоначальная (и наиболее справедливая) проблема охватывается в том, что за прежние десяток лет технологии наступили далеко вперед. Числовые двойники, нагруженные в совокупность на первых шагах ее сотворения, во значительном не отвечают нынешним требованиям. Заделывается ясно, что часть числовых снимок музейных тем, уже окружающих в каталоге, доведется сменять больше сделанными. 2-ая проблема сопряжена с тех. оснащенностью. В махоньких урюпинских музеях оцифровывание коллекций зачастую ведется с подмогою домашних телефонов сотрудниками, не владеющими профильными познаниями в области числовых технологий. Высококлассную съемку с внедрением особенного оснащения сегодня смогут себе позволить далеко не все музейные организации. Позвать для данной цели специалистов очень деликатно из-за недоступности соответствующих заметок расходов в бюджетах музея. У профессиональной трудности оцифровки музейных коллекций есть и еще один ньюанс. У любого сотрудника имеется внушительный табель вопросов и обязанностей согласно занимаемой должности. Оцифровывание объектов, как закон, — доборная работа на них, на нее необходимо выкапывать время, разыскиваясь от главной деле. Из-за этого в препроводительной информации к изображениям объектов пересекутся неточности, ляпсусы и даже обычные опечатки.

Не во всех музеях окончена работа по загрузке информации в Госкаталог. Есть колебания в том, что выработка его будет окончено в поставленные сроки. В всяком случае светит великая работа по уничтожению ляпсусов и недостатков. Не стоит позабывать и о том, что каталог — система динамическая, а технологии идут вперед семимильными шагами.

- Система всегда улучшается, — уверяет Лев Нуль. — Хотя пополнение каталога обнаружило ряд вопросов в наиболее структуре базы принесенных, к решению каких, возможно, приступят уже после того, как он будет выкован. В совершенстве у нас обязано удаться целое музейное пространство, дешёвое из другой конца государства как для специалистов, так и для свободного сферы юзеров.

Так что работа над данной фантастически масштабной совокупностью этих по нашему цивилизованному наследию будет продолжена. Но уже выработанной долею смогут воспользоваться как музейщики, так и обычные пользователи. Очевидно, уровень допуска у них разен: в складе доставленных есть ответвления, куда малосведущим вход запрещен. В том числе и в целях обеспечения сохранности бесценных шедевров и безопасности музеев.

- Госкаталог— конструкция очень необходимая, — убеждена ведущий директор Дальневосточного образного музея, честной член президиума НП АДИТ Наталия Толстая. —И не только для того, чтобы поставить на целый калькуляция все музейные богатства государства. Это большой потенциал и для выставленной, и для экспериментальной работы. Зная, какой музей чем владеет, проще основывать межмузейные планы. Можно находить “потерявшиеся” во времени произведения художества, когда известно, что у подобного-то мастака была этакая-то работа, а вот местопребывание ее неясно. Покажется вероятность уточнять атрибуцию объектов, воссоединять разведенные теплые темы, комплексы, комплексы, попавшие в музеях на всевозможных концах государства. Каталог будет незаменимым прибором для учено-экспериментальной работы. Думаю, что в близкие лет десяток благодаря Госкаталогу нас ожидает много увлекательных открытий.

Сообщать на одном языке

Применение мультимедийных технологий в выставленной, просветительной и маркетинговой работы вскрывает перед музеями огромные способности. Разместив на веб-сайте условные поездки по залам или гиды по раздельным коллекциям, галерея может привлечь к себе внимание населения из другой конца державы. С одной стороны, возможный посетитель приобретает вероятность собрать представление о музее и заблаговременно спланировать посещение. С иной, череды, находящиеся в дальных или гиблых уголках государства, обретают известность и заинтересованную аудиторию. С поддержкою он-лайн-лекций, знаток-классов, конкурсов можно увеличивать сфера приятелей музея, помогать водить действующую и насыщенную жизнь людам с куцыми потенциалами, задавать новые ориентиры для вытягивающегося поколения.

Принято почитать, что мультимедиа — это цена на детей и молодежь, на те поколения, что буквально возрасли с гаджетами в ручках и именно с их поддержкой привыкли познавать мир. До последнего времени часто доводилось чуять озабоченности, что если до всякого музея можно «добраться» за два клика, человек в действительности никуда ходить не будет. Хотя практика демонстрирует, что те, кому ленность встать с излюбленного дивана, как закон, и по виртуальным музеям не вояжируют. У них иные интересы. Много людей, узнав на экране монитора числовой двойник шедевра, проникаются хотением увидать его собственными очами. Мы наступаем в музей не столько за информацией о том или другом варианте художества, а за эмоциями и впечатлениями. А наиболее красочные и незабываемые из них выясняют при конкретном контакте.

- По пределе того как музеи осваивают мультимедиа и иные технологии, они все менее их опасаются, — считает и. о. управляющего кафедрой музеологии факультета истории искусств РГГУ Мария Стефко. — Главно, чтобы все технологии были про достоверность. Даже молодежь, которую часто корят в зависании в виртуальной действительности, рановато или поздно прибывает к соображению, что есть настоящие багаж, с какими главно знаться один на один, без 4 стенки, которую основывает панель экрана. Числовые технологии так или по-другому приводят человека в музей, к разговору с вечностью, чувства от которого ни с чем не сопоставить. Ведь музейный объект — это шматок настоящего прошедшего.

Есть много ситуаций, когда они просто незаменимы. Пример, если в экспозиции нужно отрекомендовать объект, без которого она не может в полной границе озарить тему, которой посвящена, или не изготовит на посетителя должного впечатления, но сам объект утрачен или находится в собрании иного музея. Для организаций, работающих с архиологическим наследством, осведомленных дальным многознаменательным фазисам, от каких сохранилось мало материальных монументов, мультимедиа — один из наиболее нужных инструментов.

- Современному люду иногда случается очень экстремально отрекомендовать, как его предки жили число, 500 или тыщу лет назад. На помощь ему подходит дополненная действительность. Мы вспыхиваем экспонированием объектов археологии. А она, как известно, в большинстве ситуации трудится с частями. Экспонировать просто артефакты, за исключением оригинальных, целостных вещей, без знающего эскорта — вздорно. Отсюда наш энтузиазм к числовым технологиям, дающим вероятность как можно глаже отрекомендовать экспонаты, — делится директор музея-заповедника «Куликово поле» Владимир Гриценко.

Применение мультимедиа в выставленной работы спрашивает весовых и продуманных ответов. Они — ассистенты музейщика, а не самоцель. То же самое можно сказать и о использовании ненастоящего разума. «ИИ — аппарат и не больше того, — убежден Лев Нуль. — В сути за звучным термином стоит всего-навсего комплекс программ, сочиненных человеком для заключения определенного класса практических вопросов. В правильном смысле слова интеллектом он не является. Во любом случае, на сегодняшний день. Ибо безличный комплекс программ пока не владеет главным качеством разума — самосознанием».

Пример, мультимедиа абсолютно нельзя органично записать в дизайн дома-музея или имения. Сделать так, чтобы не была сломана неподражаемая обстановка участка, очень трудно. Музей-заповедчик «Дом “Мураново”»совместно с IPQuorum и Русским казенным эстетично-индустриальным институтом им. С. Г. Строганова при подмоге Президентского фонда развитых инициатив реализовывает проект сотворения числовых двойников кое-каких объектов мебели из собственного собрания. Они будут не только загружены в Госкаталог наравне с иными музейными предметами, но и представлены клиентами.

- “Мураново” владеет лично полной памятной коллекцией мебели, относившейся родам 2-ух выглядывающих российских поэтов — Евгения Абрамовича Боратынского и Федора Ивановича Тютчева, — рассказывает директор музея Александр Богатырев. — Она находится в экспозиции, но наши месячные не смогут к ней прийтись, рассмотреть, как она урегулирована и как применялась. А а в мебели это всегда самое увлекательное. Гости часто высокомерничают нашим экскурсоводам изобилие задач. Энергичные 3D-модификации — оптимальное решение этой задачи: публика сумеют на мониторах все увидать собственными глазищами. Сделанный в ходе проекта микроэлектронный контент будет загружен в тач-панели, которые будут учреждены в залах музея. Наши менструация, управляя сенсорными экранами, могут рассмотреть экспонаты со всех краев, посетить внутрь и разузнать много увлекательного о том, как ими пользовались обладатели имения. Мы отыскали выход в стилизации воспринимающих панелей под конторки XIX века. Они не будут выбиваться из канвы многознаменательной экспозиции.

Применение IT в музейной деле — тема просторная. Абсолютно озарить ее в одной публикации не представляется мыслимым. Но основной вывод будет лаконичен: численный переход для музеев, о котором так много рассказывается в заключительное время, — это вероятность сделать легкодоступным наше дорогое культурное достояние не только для сегодняшних, но и для будущих поколений.

Виктория Пешкова