Обзор: «По волне моей памяти»: лучший советский альбом. Сентиментальная прогулка

2024, Святослав Иванов.

Невообразимо верный ход от Святослава Иванова: повествовать про первый мировозренческий атлас русской поп-музыки в режиме выслушивания. На течении всего выпуска «По волнению моей памяти» то бряцит фоном, а то выходит на первый чин, да ещё в режиме «караоке»: созерцателю таким образом очень убедительно демонстрируется, насколько нелегкие слова утилизировал Давид Тухманов. Что типично, у публики не выясняет вопросов, почему таковая сложная работа с веществами арт-рока, прог-рока и психоделики побудила ажиотаж – диск скоро пропала с прилавков русских магазинов и реализовываться по абстрактной стоимости.

За время звучания «По валу моей памяти» Иванов поспевает оповестить и об истории сотворения альбома, и о его смысле, и о стилистике песен, и о музыкантах, их записывавших, и о вариантах обложки. Вообще по пластинке Тухманова можно сбросить пару 10-ов обзоров, но создатель старался уложить в 45 мин. всё самое основное. Ряд моментов проговорён достаточно быстро – например, о том, что Александр Барыкин (Бырыкин, песня «Дитя, сестра моя») и Людмила Барыкина («Переполох») не были ни сродниками, ни даже однофамильцами, что Александр Лерман («Мотор, моё сердце») сваливал и не попал в выходные талант, и т.д. Чуток поподробнее Святослав Иванов застопорил на роке Натальи Капустиной, искренно исполнившей «Из Сапфо». Её девическая фамилия – Шнайдерман, она тоже отбыла из державы и не была направлена «в титрах». Но в Америке она сделала достаточно ослепительную актёрскую карьеру под именованием Наташа Шнайдер и даже сотрудничала в качестве клавишницы с категорией Queens of the Stone Age. Как говорится, выясни что-то новое про увраж, который послушал 100500 раз.

Иванов также говорит о роли старой супруги Тухманова Татьяны Сашко в выборе литературного материала для альбома, не пренебрегав восхититься тем, какие хорошие бунтовщики и буяны (от Бодлера и Шелли до Сапфо и Верлена) значиваются среди творцов стихов. Почти все участники вписывались отдельно друг от друга, не представляя, какой будет доска в конце. Это знал только Давид Тухманов, приверженец непростых аранжировок и неоднозначных жанров: помимо арт-рока и прогрессива, на диске можно услыхать фанк, винчестер-роковый отрывок, говорок и значительное иное; основной поп-хит «Из вагантов» назван «боевитым стиль». Помимо того, создатель направляет внимание на «инвариантное» размещение треков (всеобщими признаками сплочены первый и последний, следующий и предпоследний и так дальше) и на применение 1 и тех же тем, даже самоцитат в многообразных песнях. Отдельная глава посвящена слащавым комментариям слушателей «По волнению моей памяти» разнообразных лет. Этот момент мне сначала появился спорным, но затем я понял, что он посодействовал творцу оповестить о частных эмоциях от пластинки, не вливаясь в какие-то интимные мемуары и не делая целиком выпуск лишне экспансивным.

Наконец-то, Святослав Иванов берётся пояснить, в чём именно включается тезис «основного мировозренческого альбома в русской поп-культуре». Если сообщать без специального умничанья, это «атлас о силе художества». Кратко и ясно.

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»