Леонид Величковский: «Успех того или иного трека сегодня — это как игра в казино»

ПРО АВАРИЮ, В КОТОРУЮ ПОПАЛА ЛАДА ДЭНС

— Если сообщать по поводу крушении, то мы все любой день рискуем, передвигаясь на авто, аэропланах и т. д. Зимой и сосулька может свалиться на голову. Таких ситуации было много. Алчу Ладе быстрейшего излечения. Я написал ей в день, когда пришлась трагедия: «Как ты себя переживаешь?» В ответ получил эмодзи в варианте 2 уложенных ладошек.

О ТОМ, КОГДА ПОСЛЕДНИЙ РАЗ Знался С ЛАДОЙ ДЭНС

— Три месяца назад. Я ей осуществлял новую песню. И она упрашивала подмахнуть со меньшей соглашение и на нее, и на престарелые бестселлеры. Я ей ответил: «Лада, пожалуйста, в любое время». Она мне прописала: «Дайте завтра». И пропала. Это в языке Лады. Если она говорит «завтра», это может быть через годы.

О ТОМ, КАК Предприниматель ПАВЕЛ СВИРСКИЙ УВЕЛ У НЕГО ЛАДУ ДЭНС

— Чуток-чуть|Немного не так. Мы с Ладой не были женаты. Хотя есть сказка, что мы были супругом и супругой. В тот период мы практически уже не обитали вместе. Мы прожили вместе и проработали 4 года, два из каких вроде как хорошо. А два поносных уже и не водились, по сущности. Слава, звездность — трудное обуза. Когда на артиста сваливается известность, обменивается его понимание, психология, даже черты характера. Лада — ослепительный образчик. Когда она стала звездой, то шибко модифицировалась. У нее были жалобы ко мне, что я вроде как ничего не осуществляю, хотя нашел, как известно, абсолютно все. При прощании в середине 90-х она брала меня за грудки и справила: «Ты вообще кто? Ты никто». Спустя годы, миновав огромный путь и произведя много планов, я улавливаю это бесстрастно, с пониманием.

О СУДЬБЕ «Боец»

— Все группы, которые я основал, трудятся — «Вирус», и «Комиссар», и «Стрелки». В 2003-м или в 2004-м первый состав «Охранник» распался. Любая из солисток стала трудиться индивидуально. Но ни у кого из них не вышло стать большущими и необходимыми актерами. Что меня очень шибко расстраивает. Потому что девчонки небесталанные. Но самое увлекательное, в 2014-м году я их опять собрал вместе по собственной инициативе. Они опять стали выступать. Мы начали трудиться над новейшими песнями. Они проработали год, а затем поддели меня. Просто декларировали, что желают трудиться сами, без меня. Но как стало впоследствии, они стали трудиться с Черкасовым — он их блуждал, и они меня поддели.

О ДОГОВОРЕ С Командой «СТРЕЛКИ»

— Мы его не поспели подмахнуть. Я его со собственной стороны подмахнул, направил им. После чего они пропали — просто его не подмахнули. И все это приключилось также не без роли Андрея Черкасова. Они сейчас с ним трудятся. Я не понимаю, что я не так ес в жизни. Все артисты, к которым я владел известие, — «Метод», Лада Дэнс, «Вирус», «Комиссар», «Стрелки» — все делают. Но мне никто ничего не уплачивает.

О СОЗДАНИИ «ТЕХНОЛОГИИ»

— Я приступал в одной из первых электрических компаний в СССР «Биоконструктор». Ее организовал Александр Яковлев в 1986 году. Чуток позднее в группу родился я, а затем и Роман Рябцев. Нам (мне и Роме) очень нравилась группа Depeche Mode и вообще этот манера музыки — музыка-поп. По сущности, мы были промоутерами данной группы в СССР. Многие почему-то убеждены, что мы копировали Depeche Mode. Это сказка, миф. А если брать манера хэви-сплав, то все группы, играющие таковую музыку, схожи. Ухватки, согласии, звуки, стиль пения, манера одежи, стрижки — все схоже. У кого-то волосы кратче, у кого-то длиннее, кто-то использует клавишные, кто-то нет. Но сущность от этого не обменивается. Группа «Методика» просто хорошо вписалась в манера музыка-поп. Но для того, чтобы резать таковую музыку, необходимо было иметь установленные приборы. В «Биоконструкторе» подобных не было. Мы были бедными тогда.

Как-то во время гастролей я познакомился с Натальей Гулькиной, какая тогда уже была одной из солисток «Марева». Наташа желала делать сольную карьеру. И я предложил ей составить атлас и просил маленькую долю с выступлений. На инструментах, которыми использовал «Биоконструктор», я написал ей первый кипсек — «Сковородка». И она стала колесить на гастроли и исключать мне процент. Я уже не помню, сколько я тогда получал. Но это были солидные деньги, на которые мне получилось приобрести надобные приборы, самые прогрессивные на тот момент (в 1989 г. — Ред.). Что позволяло мне делать современный музыка-поп с нынешними звуками и употреблять сэмплеры, в то время очень дорогие приборы.

Фавориту «Биоконструктора» Александру Яковлеву это не понравилось. На данной основе мы и разошлись с ним. Я, Роман Рябцев и Андрей Кохаев желали делать одно, а он другое. В группу «Способ» необходим был артист с басистым гласом, который бы «басил» как музыкант Depeche Mode Дэвид Гэхен. Так вышло, что мой соученик Владимир Нечитайло пел эдаким гласом. И мы его брали в качестве вокалиста. Песни тогда писали я и Богиня Рябцев — 50 на 50.

В те эпохи были только две мелодические телепрограммы, куда можно было угодить с подобной музыкой, — «Ранняя почта» и «50 на 50». Никаких иных альтернатив, чтобы продвинуть музыку в эфире, не было. И я отправился к Юрию Айзеншпису на беседа. Ставил ему несколько наших песен («Все, что ты желаешь», «Нажми на кнопку», «Странные пляски») и стремился уверить его, что это популярная нынешная музыка. Юра не соображал ее, поскольку в то время были знамениты группы из Столичной рок-лаборатории — «Команда С», «Учтивый отказ» и иные, а электрическую музыку, музыка-поп никто не улавливал, и касаться к ней не очень хорошо. «У вас все вроде бы ничего, но надо сложить пару трубачей в группу — 1-го высочайшего, другого маленького роста», — сказал Айзеншпис.

О ПРОДВИЖЕНИИ «ТЕХНОЛОГИИ»

— Задача была легче — чтобы Юра упихал нас в «Раннюю почитаю» и в программу «50 на 50». От него больше ничего и не нуждалось. Иных людей, которые могли бы сделать это, я не ведал. Тогда не было YouTube, веба не было и в помине. Чтобы музыку начали разносить, необходимо было отнести ее аудиопиратам. Что и ладили многие артисты. Я ведал две корсарские студии, которые сиим воспламенялись, — киностудия Андрея Лукинова «Звук» и «Мастер». Я причислил тама записи «Технологии», и «пираты» стали их тиражировать, так наши песни «ушли в люд». Чуть-чуть мы стали ехать на гастроли. В 1990-м году мы выступили в цирке городка Чернигова, где у нас случился дикий заголовок — люди защищали в проходах. После этого выступления я вернулся домой, подсоединил телеавтоответчик, на котором было возле 10 известий от Айзеншписа: «Леня, куда ты исчез, приезжай ко мне безотлагательно». В итоге мы с ним закончили соглашение, сообразно какому 30% с выступления бросали себе, а 70% отзыили ему. Подобные были условия (из-за чего мы впоследствии и разошлись с Айзеншписом). Но мы договориться потому, что нам необходимо было угодить в высокий артистичный высота.

О СОТРУДНИЧЕСТВЕ С НАТАЛЬЕЙ ГУЛЬКИНОЙ

— Я написал ей два альбома, и на этом наше сотрудничество окончилось. Так как ее муж (на тот момент) Константин Терентьев стал меня и даже Наташу лгать — не передавал цена выступления или умалял ее. Костя все фити-мити запасал себе. Я это постигнул. В итоге и я, и Гулькина с Терентьевым разругались. Он был (умер в 2006-м году — Ред.) очень изворотливым парнем. А далее у меня завязались иные проекты — группа «Комиссар», Лада Дэнс, «Стрелки», «Вирус».

О Поползновениях ВСТРОИТЬСЯ В СОВРЕМЕННЫЙ ШОУ-БИЗНЕС

— Стремлюсь и мастерю так, чтобы трек стал известным. Но сегодня все кардинально поменялось. Ранее необходимо было иметь приборы (клавишные, гитары, барабаны), мочь резать на них, ведать нотную грамоту, владеть гласом — то есть быть музыкантом, чтобы ведать, какой субдоминанта предпринимать, на какой-никакую кнопку поднажать. Чтобы сделать песню «под ключ», необходимо было сообщить от 1 000 до 5 000 $ и даже больше — за фанера песни, аранжировку и т. д. Тогда все вписывалось на магнитную фильм, а не на пк. Финансово это было общедоступно не всем. Потому шоу-бизнес был делом специалистов. Музыку ладили артисты. Если ты вписывал ужасный трек, достижение-фирмы просто не издавали это на носителях, и на радио это не вертели. То есть достижение-фирмы и продюсеры были некоторым-то|определенным|неким фильтром — они не продергивали некачественный продукт. Сегодня все упростилось. Довольно приобрести недорогой пк, загрузить тама контрафактные программы, плагины и сообщить лично все это в веб. Применение плагинов и программ вытурено не на артистов, а на демос, которые ничего не ведают и не могут. Реклама плагинов сообщит: вам не необходимо ничего мочь и ведать, программа все за вас сделает — «оттюнит» глас и сделает строгую гармонь. Изготовление музыки обратилось в компьютерное проектирование, оно сегодня ничего не стоит. Скоро уже погрузка в веб будет самодействующая. Ранее был в моде кварто-квинтовый сфера... Кварто-квинтовый сфера не дозволяет петь на одной нотке. Если проверить все нынешние бестселлеры, то они базируются на синхронной согласии, какая дозволяет говорить на одной нотке всю песню. Можно петь даже мимо нот, программа «Аутотюн» сама безотчетно назначит настроенность и машинально вышлет всю фальш и неточности в пении. Сегодня живут миллионы «сонграйтеров». Среди моих известных подобных людей толпа. Все внезапно начали строчить песни. Два-тройка уроков на YouTube — и ты сонграйтер, артист и продюсер одновременно.

ОБ Преуспевании

— Успех того или некоторого трека сегодня — это как забава в казино. Отдельные люди назначают на нуль и одолуют миллионы. С Иманбеком тот наиболее случай. Юноша, работавший «стрелочником» на жд станции, просто брал отделанный трек, «пичнул» (повысил. — Ред.) тон, подметнул иной бит. И по какой-никаким-то моментам, никто не знает, по какой-никаким, трек ударил. За три года его только на YouTube поглядели 280 млн юзеров. А вообще, это млрд прослушиваний по всему миру. Даже я, который давно в данной индустрии, не могу понять, почему люди начинают повально внимать тот или некоторой трек. Лет 30 назад довольно было угодить с порядочной песней на «Муз-ТВ», MTV и «Российское радио», которые слушала и видела вся нигер, и она априори становилась хитом.

За 70 лет, что есть мировой музыкальный шоу-бизнес, все мелодические очередности, по которым организовываются бестселлеры, по моему глубокому убеждению, кончили себя. Ничего нового мы уже не придумаем. Придумать сегодня подобную песню, как «Пансионат Калифорния», уже нельзя. Может показаться аналог, и все будут сообщать: «Это схоже на то, что уже было». Но ничего немаловажного нового в популярной музыке придумать невозможно.

(Владимир Полупанов, «Доводы и факты», 16.08.23)

https://aif.ru/culture/person/napisala_do_zavtra_i_propala_velichkovskiy_o_dens_viruse_i_strelkah