Марина Кравец: «Чтобы заниматься юмором и креативить, нужны все виды мышления»

О ШОУ «Врезайся, ЕСЛИ Сумеешь» НА ТНТ

— Это самый беспорочный проект об отношениях, о симпатии. Вероятно, частично благодаря наличию в шоу сенсора лжи. И проект очень шикарный! Мы сшибали на кромке света, в Кейптауне. До этого я вообще в Африке не была, даже в Египте. А тут ЮАР! Иное гемисфера — словно какая-то другая вселенная. Мы размышляли, что в баста августа ехим в жаркую Африку, о которой писал Чуковский. Но в Кейптауне было свежо — конец зимнего сезона. И влага в океане подобная, что не поплаваешь. Но, к тексту, у участниц был один конкурс, в котором им довелось искупаться. Девченки замерзли, однако в кадре эта сцена пялилась очень благовидно. И британский язычок в ЮАР немножко не подобной, какой мы обучали в университете. И ландшафты иные, и чувственный мир. Выходишь на улицу, а тебя встречают бабуины и маленькие бабуинята. Катишь по линии — справа пасутся ишаки и зебры, слева прогуливают страусы и птица. Еще про­ездил — пингвины. А в бухте Херманус собираются киты для продолжения семейства. Можно дернуть на ладье в море и очутиться совсем недалеко к ним. А можно сесть с пакетиком картошки фри на берегу и следить, как в полукилометре от тебя кит выскакивает из воды, как он резвится. И от этой странной картинки картошка выпадает из рук...

О САМЫХ Незабываемых МОМЕНТАХ СЪЕМОК

- Внезапных моментов в занятию было много. Единожды сбивали близко от океана, на возвышенности, и был очень мощный ветр. Я защищала на небольшой площадочке, и меня дословно свевало, сбивало с ног. Вроде сообщу слова прямо в камеру, а их ветром причисляет на побережье. Я водила проверка, у участниц в тот день как раз был конкурс на равновесие! Они, хранясь за две веревочки, стояли на дощечке, вложенной на металлический цилиндр, вольно носящийся по земле. Как им получалось обнаруживать чудеса эквилибристики, не понимаю. Кстати, за этот конкурс одна из женщин заработала небывалую сумму — больше 400 тыс. руб.... Еще единожды поразил момент, когда один из участников, никого не предупредив, прикупил себе за корпоративные средства право остаться в плане — «иммунитет». Оставшиеся мелюзга, когда познали об этом, были в потрясении. Но юноша пообещал возместить сумму: «Я берусь медом. Когда отыграемся в Россию, каждому подарю по бочонку!» Я его справила: «Ты полагаешь, это раносильно этому, что ты сделал?» А он: «Почему нет?» Не знаю, удержал ли он речь и презентовал ли ребенку мед... А иного соучастника почему-то все время оговаривали в алкоголизме, хотя это точно не про него. А вышло так, что одна девченка приступила ориентировать на это парню, затем историю схватила иная. Не знаю, почему так сформировалось...

О Предпочтении Специальности

- Когда мне было лет 8—9, я усаживалась перед зеркалом и играла в телеведущую. Меня особенно сражали девушки-дикторы, которые провозглашали программу передач. У них была очень книжная еда, и данные они доходили не шибко значимую, но мне представлялось, это очень полезно — мочь вот так держаться. И я размышляла: также так желаю.

О ТВОРЧЕСТВЕ В Малолетстве

- Мне всегда влюбилось выступать — в старших классах прогуливалась в сценический кружок. Еще очень обожала петь. Но с мелодической школой не определилось. Поступила сразу в две, однако в одной меня предпринимали на пространство мальчишку, который сначала отрешился обучаться, а затем его предки перерешили. А во второстепенную меня было некоторому направлять — она очень далеко находилась. Но я навещала в школе добровольные учебы по инструмент. И еще брат на­обучал чуток-чуть|немного резать на гитаре. Так что в старших классах я уже пела в сладкоголосих группах. Очень обожала рок-н-тело, кантри, по подаче, по харизме мне нравилась Шер. Что касается учебы, то с гуманитарными темами у меня проблем не было. А вот исполнительные урока не вручались. Так что я, слава создателю, не была отличницей. (Скалится.) Помню, учительница химии сказала моей матери: «У вашей дочери нет объектного мышления». Хотя, мне представляется, все варианты мышления необходимы для того, чтобы учиться юмором и креативить.

О ЗНАКОМСТВЕ С Супругом - Ведущим ПРОДЮСЕРОМ ТНТ АРКАДИЕМ ВОДАХОВЫМ

- Очень чеканно помню момент, когда шла по четвертому этажу института, а насупротив мне — юноша (я ведала, что он из «информатиков») в большом бездарно-травяном дутике и в снежных ростерных брюках. А на мне — вязаная своими руками жилетка. Я не умела верно вывязывать вырез, потому он всегда у меня перекручивался... Это я к этому, что обдурачить какого-нибудь красавца на тот момент не было моей первенствующей заданием. А если серьезно, здраво оценивала собственные возможности. Я узрела Аркадия и поразмыслила: «Какой красивый! Безусловно, вокруг него все девчонки вьются, непременно, он этим избалован, так что я, пожалуй, даже не буду с ним знаться». Он, помню, еще забежал в кабинет, где только учителя намеревались, а мы, студенты, просто так тама не заглядывали. А Аркадий раскрыл плита и поздоровался — его все учители ведали. Ну ясно, крутой, зазнавшийся юноша...

О ПЕРЕЕЗДЕ В Столицу

- Первый раз я надолго подъехала в Столицу в 2003 году, когда участвовала в телеконкурсе «Народный артист». Тогда я сказала себе: «Никогда не буду существовать и трудиться в Столице! Это очень несерьёзной городец, его ритм мне не подходит, возвращусь-ка я в Питер и продолжу обучаться на филфаке». Но со инупору я узрела иную Столицу — креативную, встретилась здесь ближных людей. А круг — это очень главно. Значимее людей, каких ты обожаешь, с кем ты делаешь и дружишь, наверное, нет ничего. Конечно, семья на первом площади, но на службе в один никто ничего не сделает. Так вот, когда на петроградском радио «Рокс» мне перестали расплачиваться получку, через полгода я напрячься: может, что-то пора менять? К этому же я выяснила, что некоторым моим коллегам зарплата наставала. А они мне, глядя в глаза, сообщали: «Жанна, надо притерпеть, мы же все терпим...» И я приступила распространять резюме на различные радиостанции Столицы и Питера. На «Передовик» не просто отправила бумажку, а довела ситуацию до все — прописала мейл Мише Фишеру и Коле Сердотецкому, которые искали девчонку-соведущую в свою программу «Первый дружина». Мол, поглядите мое резюме, вдруг вам нравится? Тогда я уже чуток-чуток снималась в «Comedy Club» («Comedy Woman» был до этого) и разрешила, что, если с «Маяком» что-то выгорит, можно поразмыслить про остановка в Столицу. Кастинг на «Передовик» был многоэтапным, я несколько раз заезжать из Питера. Меня брали и подали получку, какая была на тыщу руб. менее цены квартиры, которую в Столице для нас сделал Аркадий.

О СВАДЬБЕ

- Я длинно не соглашалась на женитьбу «для двоих». Но, зная себя и его, соображала, что большущая бракосочетание отобрала бы у нас неистовое число энергии, мы безумно устали бы — и нравственно, и телесно. И я зачислила это сложное, но очень полезное заключение, о чем в итоге совершенно не пожалела. Да мы с Аркадием вообще никогда не стремились к помпезности, какой-то показухе. Очень желали пожениться в дорогом Петербурге, подбор пал на домашний Стойло на Фурштатской. Кольца приобрели наиболее нормальные, за смехотворные средства даже по тем временам. Белоснежное платьице я покупала за день до свадебки — избирала с мать Аркадия (а костюм суженому мы брали с моей мать). Безличных кринолинов, корсетов — я разыскивала подобное, чтобы затем еще натягивать на праздники. Хотя, так ни разу и не пришлось, но я в него по-прежнему влезаю! А букет я скопила сама — в цветочном лавке у метро «Парк Победы».

О ХАРАКТЕРЕ Супруга

- Аркадий очень хороший и добрый — и в жизни, и, думаю, в произведению. Второе его обворожительное свойство — очень классное филигранное чувство юмора и привкуса. Муж усердствуется всегда, и в творчестве в том числе, быть деликатным. Он текущий мужчина и прекрасный отец, который не стыдится быть острым, нежным. Далеко не любой мужчина дозволяет себе такие беспомощности, но в этих астениях и есть мощь.

О ДОЧЕРИ

- Когда Афина родилась, в первый день все — Аркадий, медсестры, медики — сообщали: «Вылитая мать». А затем пастозность высадилась, и дочурка перестала быть на меня схожей... И с годом она стала прямо один в один Аркадий и его мать.

Единожды, где-то на 5—6-м луне беременности, мы вместе с Аркадием отправь на УЗИ. Вероника деятельно шевелилась у меня в брюшке. Но когда папа поутюжил животик, она тут же угомонилась. И мы постигнули, что с дочкой можно будет обо всем договориться. И теперь мы с Никой прекрасно путаемся. Может, потому, что все ее круг очень много с ней говорит как с хорошим, мыслящим людом. Наша задача — положить в нее все лучшее в нравственном плане, ограждая от тяжестей. Вероника уже умеет вслушиваться к посторонному мнению. Это у нее в папу, эдакая же умная. И шикарная! Это также в папу. Дочка — это подарок, которого мы очень длинно дожидались. И мы так замедляемого роке за нее! Да мы вообще за все, что у нас есть, доле признательны!

(Инна Фомина, «7 суток», 23.11.22)