Рецензия на книгу: Алексей Коблов – «Егор Летов: Сияние». Это знает моя свобода

2022, «АСТ»

Критика: 7 из 10.

Абсолютно заглавие книжки бряцит так: «Сияние. Ровная речь, интервью, монологи, корреспонденции. 1986-1997». Творчество и миропонимание Летова ещё при жизни артиста приняло много трактовок, а после погибели тем более. Алексей Коблов - друг Егора и частично нестор «Гражданской защиты» - решился, что хорошо бы дать речь лично герою. В сборнике нет рецензий и размышлений чужих людей – только биссектриса речь Егора, произносимая или писчая. Исключения сочиняют вопросы корреспондентов, если речь идёт об интервью, или короткие оговорки Коблова, проясняющие ситуация появления тех или некоторых высказываний Летова. Кстати, эти комменты идут после любого из слов: тут автор, на мой взор, обнаружил лишнюю застенчивость – можно было какие-то вступительные дать сразу, а не принуждать читателя, заинтересовавшегося контекстом, просматривать странички в разведках «кредитов».

Ещё одну значительное выговор: выборка обрывается 1997 годом. В один том ровную речь Егора Летова поместить не получилось, что достаточно ясно. В то же время было бы предпочтительнее отпустить оба тамара одновременно: первый заканчивается не то что «на самом интересном зоне», но в момент нового драматичного переворота в взглядах Игоря Фёдоровича.

Вероятно, по ходу чтения книжки у вас начнет хотение переслушать «Цивильную защиту» и иные проекты Летова; не отвергайте себе в этом, треки Егора будут идеальным саундтреком для его интервью. Вообще необходимо сказать неоспоримую мысль: если бы не буйные песни Летова, которые точно вместятся в историю, несмотря на неблаговидное свойство записи, его личность и воззрения мало кого бы заинтересовали. Общественно-политические метания Егора многочисленных эпатировали (и чтецам этого тамара ожидает быть шокированными заново), но в раскладе к творчеству он всегда сохранился целостным, суровым, пассионарным. Забавно сегодня декламировать старейшие интервью Летова, в которых он всерьёз разбирает, кто из фаворитов российского рока реализовался, а кто нет – но сообразно к собственному творчеству он этот вопрос не установливал вообще. Музыка была для него чем-то вроде степь боя, выступления, переходящие в схватку, были в порядке багажей, а со собственным внутренним цензором Летов так и не поспел познакомиться. Конъюктурщиков он не переносил, филистеров ненавидел – и для него это было достаточно конечно. Будучи очень высокообразованным молодоженом мужиком, Егор переплавил идеи сочинителей и философов в свое миропонимание, местами очень конкретное.

Во всех интервью первой доли книжки Летов наотрез опровергает политическую подоплеку своих слов – даже тех, которые никогда иначе как общественно-политическое заявление не принимались. Но после 1993 года он прилегит к коммунистам и националистам, дружбанит с Лимоновым, восторгается Дугиным и бранит Зюганова за слабость и бесхарактерность (идеологических недругов-демократов он не только бранит, но и предлагает расстреливать). Его интервью тех лет – высокопарные и конкретные политические агитки. Публикуют их в главном в ультралевой прессе, потому что сладкоголосая в страхе отшатывается от Летова. Чуть-чуть хранится только журнальчик Fuzz, но Егору в тот момент невесело сообщать о музыке. Чтецам книжки также, вероятно, захочется отвернуться от Летова, восхваляющего Анпилова, Баркашова и Лукашенко, но уже к 1996 году Егор разругается с Лимоновым и будет (надувать на избраниях за бесформенного Зюганова. Так что лихорадочные забавы в политику Летову скоро надоели – и вот на этом зоне первый том и оканчивается, хотя, безусловно, желалось бы сразу почитать продолжение о новейшем зигзаге житейник Егора, которого в свежем веке влюбился журнальчик «Объявление», а его песни грянули на «Нашем радио».

Алексей Мажаев, ProStars