Обзор книжных новинок от Алекса Громова

Кинофантастика нон-фикшн и ориентальные притчи, исторические предания и захватывающие похождения – в цивилизованном обзоре Алекса Громова.

Халва и радуга

Однажды небольшой паренек бесцельно прогуливался по рынку, пока не натолкнулся на лавку кондитера. Безотлагательно же ему загорелось халвы. Но денег с собой он не брал, или — как ведать! — просто-напросто не возжелал их расходовать… Словом, паренек, ничтоже сумняся, востребовал у кондитера излюбленное лакомство: выдать-де халву ему должны безвозмездно, так как он — сын основного муниципального мудреца, своим визитомоказавший торговцу сластей большею честь. В ответ на условие гордеца торгаш коварно заулыбался и просил объяснить, почему после дождика на небосводе возникает радуга. Молодой сладкоежка оторопел, но затем постигнул, что награды ближных не дают никаких неповинен, — а по-истинному драгоценны только интимные преимущества. Эта и иные притчи из выдающейся поэмы классика персидской литературы Саади Ширази «Голестан» («Цветочный сад») представлены российскому читателю в переложении сегодняшнего сочинителя Фархада Хасан-заде. В них внутренне совмещаются юмор и бездонный резон.

Рожденные технологией

Сборник сегодняшней фантастики в жанре нон-фикшн. Дивные сюжеты растут из нашей действительности. Пасмурные инопланетные сервисы, блажные кибернетические произведения, галактические нейросети - что смогут сделать технологии с людами, а люди с технологиями? И не только люди: «Этот евродизайн приготовлен для изысканной кошачьей лапы...». Авторы повествований и повестей раздумывают о проблемах ненастоящего интеллекта и человечей натуры, симпатии, жажде открытий и грезе о далеких путешествиях. Книжку выявляет рассказ, в которой населенная землянами возвышенная планета, где вся инфраструктура была сходственна «умным жилищам», внезапно оказывается в крайной ситуации. На Земле панзоотия, сообщение оборвано, техника отвергает. Одной верой остается человеческая честность и мужество. Быстро предполагается вывод свежей книжки серии – «Космос не для всех».

М.Ф.Видясова. Город. Маршрут в ХХIвек

В древнейшие эпохи североафриканская земля под наименованием Ифрикийя числилась житницей Рима. Затем на ее зоне создаться государство Столица, о котором рассказывает эта книжка. Город был заключительней аравийской местностью, уместившейся в состав Турецкой империи, и первой, добившейся независимости. Специальное внимание в книжке уделено времени Второй мировой борьбы, когда именно в обрисовываемом регионе немецкая армия пострадала первоначальные нешуточные проигрыша от союзных войск. английских и североамериканских войск. Тогда Черчилль писал Сталину: «Армия генерала Монтгомери прорвала ориентированность Акарит, завладев нежданно и задушив соперника». Создатель разбирает мемуаразмы образных функционеров Туниса и иных держав, а также редкие фактичные подтверждения.

Хабиб Ахмад-заде. Шахматы с Автоматом Неприглядного свида

Книга популярного иранского сочинителя и киносценариста во значительном автобиографична. Трагическое оппозиционность человека и новой боевой технической раскручивается на фоне сжигаемого бранью Абадана — 1-го из основных средоточий иранской скважинный индустрии. Многооруженный до зубов противник обстреливает городище, тогда как его заступники вынуждены брать неразорвавшиеся обстановка, чтобы отправлять их обратно на позиции интервентов. Но самое небезопасное покупка врага — локатор «Цимбелин», даровитый свести на нет все успехи ополчения. Семнадцатилетний парень установливает перед собой тяжелейшую задачу — одурачить эту «Автомат Неприглядного свида». Вблизи с ним, плечом к плечу, поднимат спокойные народ мегаполиса: мама, спасающая малыша, инженер, ушибленный гибелью родимого завода, родители, оплакивающие погибель сына…

Николай Голь. Волчок Ух. Приключения молодой сыщика

У волчонка Уха не было приятелей, а он так хотел дружбанить и происходить добросердечные состояние. И вот он единожды познакомился с Пифагоровым Архимедом Кузьмичем, изобретателем-самородком. «Длительные годы изобретательства и огородничества вогнали его, Архимеда Кузьмича, к лежащей, фактически разговаривая, на плоскости идее: если повысить охват плодов, то высокоурожайность возрастет». Кроме этого, в искусной Пифагорова было много разнообразных приборов и изобретений, среди каких - туфли-самоходы, норовившие сбежать. Есть в книжке шестиногие инопланетяне и друг Уха Трус Морковкин. Контент неотъемлемо расширяется прикольными иллюстрациями Николая Воронцова.

Мохаммад Реза Юсефи. Первый в мире Навруз

Современный незрелый писатель организовал прогон произведений по аргументам лучшего иранского эпоса «Шахнаме». В базу киносюжета очередной своей книжки Юсефи возложил популярную басню о царе Джамшиде. По преданию, именно при этом разумном правителе высокие население перебрались из необузданных пещер в домашние дома на плодородных равнинах и научились воспользоваться календарем. Джамшид создал несколько городов, вывел собственных граждан к побережью Персидского губы... Но охватывавший людей мир по-минувшему сохранился очень тяжелым: дэвы, порождения злых сил, травили беззащитных соратников короля и пытали их. Потому Джамшид обратился за ответом к разумной белоснежной птице, а потом вступил в битву с монстрами и победил их. В честь этого события предводитель и поставил праздничек Навруз; его иранцы отмечают в дни весеннего равноденствия.

Павел Линицкий. Мой папа — пират

В живописной книжке с иллюстрациями Екатерины Варджунтович повествуется о том, как мама выбыла в командировку, отроческий садик затворили на карантин,а Димка остался с папой. Но у папы работа! Он – пират, капитан Индиговая Бородка. Пришлось ему хватать Димку с собой в поездка. Затем судно попало в шторм, развалилось и опечаленные пираты посадились на сберегал какого-то острова. Сначала они улаживали, где спрятать клад, а затем увидели жесточайшим травяную улицу.«Это мираж, - смело заявил Голубая Дед. – Подобные всегда случаются в пустынях. Ты мыслишь, что это туз с пальмами или киоск с мороженным, прибегаешь, - а там шиш с маслом». И пираты начали препирать, случаются ли на нежилых островках миражи. Может быть, их напускают русалки? В развеселом тексте –много интересных ситуаций и разговоров, сокровищ и происшествий.

Александр Чернейший. Кот на велосипеде

В живописной книжке с иллюстрациями Марии Дружининой собраны захватывающие истории от 1-го из классиков Серебряного века. Среди героев – собачки и котики, а также детки, псины, птахи. Вот деяния отпускного кота, замыслившего дружбанить с людами: «Кот был отличный: чернейшая, мягкая, отливающаяся глянцем шубенка, белоснежные храбрые усы, на всех четверке лапках меловые манжетки, глаза расцветки пелагический вода…». Есть тут праздничек вокруг нового скворечника, сомнение собачки, от которой горшок с расцветками и луком скрыли в птичью клеточку, и оскорбление почитанного кота Грымзы, чья владелица не поставила его охотничьи таланты.

Лев Тучной. Три медведя

Эта ребячья сказка, переведённая на многие слоги, в России стала популярной в пересказе Льва Толстого. В тексте повествуется, как одна девченка отправилась в лес, там запуталась и вместо собственного дома вышла к неизвестному, дверь в который была раскрыта. Девочка заголодалась и стала есть, а затем уснула, но смогла сбежать от вернувшихся мишек. Притча была не раз экранизирована. В этом издании, вышедшем в серии «Знаменитые сочинители – ребятам», и на иллюстрациях художницы Екатерины Бородачёвой девченка, главная героиня сказки, удалась привлекательной и веселый, топтыгины — достаточно кроткими, а русская натура удивительно привлекательной.