Алиса Вокс: «Сергей Шнуров - довольно беспринципный и авторитарный человек. Он очень хороший манипулятор»

О ПОЯВЛЕНИИ ЕЕ ПСЕВДОНИМА

- Я сама себе его брала. Мне было лет число, и моя имя Кондратьева мне не нравилась, глядеться какой-то корявенькой, анекдотической. Наверное, все дело в том, что я всегда была неудобной девченкой в том проекте, что становила под колебание слова своих преподавательниц. Нет, я не водила себя дерзостно, просто фуфыря неудобные вопросы, когда накипь детки хватали на веру все, что им сообщали. Пример, когда в исходной школе преподавательница сказала, что на Полнощном полюсе прохладно, а на Полдневном — очень горячо, я немножечко вклинилась и проговорила: «Пардон! Тут у вас маленький нестроевич». Ясно, что безличный химик не потерпит, когда его престиж ставят под колебание. Потому возглас «Кондратьева!» не предрекал ничего превосходного. Наверное, с тех наиболее пор с моей фамилией у меня ассоциации не наиболее положительные. Меня мало хвалили, именуя мою фамилию. (Насмехается.) И вот однажды я видела у подружки сериал «Секретны Смолвиля» про молодость Супермена, где был богатырь Лекс Лютер. Он мне нравил очень больше, чем Супермен, наверное, потому что владел целеустремленностью, соображал, чего хочет, именовал багаж собственными именами, как и я, был всем несподручен. Мне стало забавно, что значит имя Lex. Полезла в древний разговорник. Узнала, что это мнение обозначает закон. Стало забавно, какое имя настало бы мне, я же петь желала по жизни, певицу не отыскала, зато увидела речь Vox — глас. Так и возникла исполнительница Алиска Вокс.

О Утрате Шум ПОСЛЕ РАЗДЕВАНИЯ НА СЦЕНЕ

- Это было страшно. Я проревела всю ночь. На следующий день у нас была какая-то корпоративка в яхт-клубе, так я разливалась на октаву ниже. Слова «тебе подфартило, ты не такой как все, ты делаешь в кабинете», практически шептала. Высокий указатель у меня просто обрубило, отекли вязки. Это очень шибко по мне бахнуло. Думаю, что именно с этого момента возник конец мои присутствия в команде. Я постигнула тогда для себя что-то очень значительное.

ЗАЧЕМ Разнуздалась

- Я была на тот момент в целой сущей чувственной зависимости от Сергея Шнурова. Он может создать вокруг себя истинную секту, благоговение себя, благоговение поклонения, некий фетишизм семьи, как у Чарльза Мэнсона. Он может палатально продавить так, что заставляет человека сделать то, что он сам хочет. И при этом мельчайшее колебание в его правде, словах и указах наталкивается ужасную и уродливую истерику, и ты уже готов пойти на все, лишь бы данной истерики не было. Этот дело с раздеванием был итогом длинной возделывания меня. Приступился он месяца за два до этого, когда начали в первом чтении получать закон о воспрещении мата, который простерел в Госдуму Станислав Говорухин. Тогда у Шнурова случилась кошмарная истерика со слезами, с алкоголем — 17 часов он меня не исключал из собственной комнаты, не подавал отступить в туалет, не доставлял даже попить вода. Он то вопил, то хохотался, то охал, что все исчезло, то сообщал, мол, ничего, прорвемся. А то начинал орать, что все мы умрем с голоду, спрашивал: «У тебя сохранились какие-то деньги, отнесены, ведь все, это конец?» А затем вновь, что мы еще поборемся, что надо сделать что-то лихое, как-то по-новому декларировать о себе, обнаружить ответ. И опять нюнил, что все это напрасно. На самом деле, это были эффективные и необходимые ему эмоциональные качели. У меня незадолго до этого умерла мать. Я была асбсолютно в раскупленном состоянии. Психика была маневренной в том проекте, что я не владела безличный опоры снутри себя и разыскивала ее вне. Я абсолютно ему верила, на 200%. Если бы он сказал мне тогда пойти и помереть за него, я бы пошла и умерла за него. По прецеденту так было.

О Стремлению СЕРГЕЯ ШНУРОВА СОЗДАТЬ СЕКТУ

- Это довольно непринципиальный и авторитарный человек. Он очень неплохой манипулятор. И если бы он пожелал иметь секту, а у него, кстати, были идеи употреблять название «Храм Ленинграда», он ее основал бы. Шуточка, не шуточка, но, когда получали закон о замкнете мата, как раз было изъятие для благочестивых организаций. И тогда он хотел переквалифицировать коллектив в богомольную компанию. Повторюсь, если бы он пожелать сделать значительную секту, он бы ее ес. Без проблем.

О Року Артистов «ЛЕНИНГРАДА»

- Если я смогла выходить из этих подчиненных взаимоотношений, то музыканты, которые с ним трудились, тот состав, который был текущий, не можем. Потому, когда их одним деньком всех выперли, причем они узнали об этом из СМИ, для них это было страшно. Сможете отрекомендовать ситуацию, когда вам 20 лет говорят, что мы семья, мы контрофактной голет, один за всех, и все за 1-го, а затем из газет вы ведаете, что вас убрали и сменили какой-то кавер-группой. Я думаю, ребятне было очень тяжелее, чем мне. Хотя, когда я ретировалась, их предупреждала, говоря: «Мелюзга, будет ужасно. Похлопочите о собственной психике. И о том, чтобы у вас был бы какой-то backup». Тогда мне не уверовали, но прошло время и…

О СЪЕМКАХ ИОСИФА ПРИГОЖИНА В ЕГО КЛИПЕ «Сверхчеловек»

- А просто никто еще не сшибал Иосифа как жжен. Хотя у него режиссерское организация ГИТИСа, а на режиссуре в всяком случае преподают артистическое дело. С ним было забавно трудиться, поскольку он очень органичен, круто вработался в свою роль, роль несложного, добросердечного, рукастого и обожающего супруга. Хотя любящим супругом он, в принципе, и представляется по жизни. Наверное, он просто перенес себя же на экран в больше гротесковой фигуре, больше утрированной. Он совершенно сногсшибательный человек. Очень легкий. С ним забавно говорить, трудиться, он переходит в кадре за секунду. И, невзирая на то что на съемку он примчался с ночного рейса и был без сил, почивал между дублями в кресле, в кадре включался мгновенно и работал лучше всех.

О ЕЕ Театральном ОБРАЗЕ

- Дело в том, что у меня были великие задачи с принятием собственного вида. Между моим типом и моей персоною так огромный диссонанс, что я очень мучила в «Ленинграде», в частности, из-за того, что люди вправду улавливают меня как продолжение мои типа. Они искренне полагали, что если я пою про спиртное, сумбурные соития, значит, это то, что меня вправду занимает, что мне недалеко, что меня беспокоит. Теперь в своем плане я очень шибко поделила Алису Вокс и Алису Кондратьеву. Вокс вправду карикатурная героиня, как, например, есть Верка Сердючка, а есть Андрей Данилко, это надо понимать. Есть Трус, Балбес, Опытный, а были Вицин, Никулин и Моргунов. И это различные образы, герои, характеры. И мне так легче, легче. И я мню, что установление — это победа, а не разгромление. Если люди влюбились меня в таком манере, если народам этот характер недалёк, радостен, удобопонятен и приносит им положительные впечатления, то кто я этакая, чтобы их этого отбирать. Я мню, что ретировавшись из «Ленинграда», я отобрала с собой все самое наилучшее. (Потешается.) Несколько лет оно у меня возлежало где-то там, в хранилище. И вот наконец-то-то я развилась упоенно для того, чтобы постигнуть — Имя Вокс ко мне не имеет никакого отношения, потому я безмятежно могу вводить ее на сцену и не бояться, что она каким-то типом разрушит мою свую репутацию.

О Положительном Пробе В «ЛЕНИНГРАДЕ»

- Много. Были же превосходные эпохи. Пускай они были базируются на какой-то моей наивности, на лжи, на применении, но все одинаково я-то пробовала положительные впечатления тогда. К этому же это большой эксперимент. Я посмотрела на то, как трудиться с музыкантами, постигнула основные взгляды аранжировки, потому я очень много составляла сама в «Ленинграде», редактировала. И это намного легче, чем представляется, необходимо просто в практике это увидеть. Впоследствии, если, безусловно, у тебя есть к этому предрасположенность и привкус, ничего сложноватого в этом нет.

(Виталий Бродзкий, Womanhit.ru, 16.03.2022)