Алиса Вокс: «Сергей Шнуров - довольно беспринципный и авторитарный человек. Он очень хороший манипулятор»

О ПОЯВЛЕНИИ ЕЕ ПСЕВДОНИМА

- Я сама себе его брала. Мне было лет число, и моя имя Кондратьева мне не нравилась, глядеться какой-то корявенькой, нескладной. Наверное, все дело в том, что я всегда была неудобной девчонкой в том проекте, что становила под колебание слова своих преподавателей. Нет, я не водила себя дерзостно, просто фуфыря неудобные вопросы, когда другие детки хватали на веру все, что им сообщали. Пример, когда в исходной школе преподавательница сказала, что на Полнощном полюсе прохладно, а на Полуденном — очень горячо, я немножечко вклинилась и проговорила: «Пардон! Тут у вас маленький нестроевич». Ясно, что безличный наставник не потерпит, когда его престиж ставят под колебание. Потому пиль «Кондратьева!» не пророчил ничего неплохого. Наверное, с тех наиболее пор с моей фамилией у меня ассоциации не наиболее положительные. Меня мало хвалили, именуя мою фамилию. (Потешается.) И вот однажды я выглядела у подружки сериал «Скрыты Смолвиля» про молодость Супермена, где был богатырь Лекс Лютер. Он мне нравил очень больше, чем Супермен, наверное, потому что владел целеустремленностью, соображал, чего хочет, именовал багаж собственными именами, как и я, был всем несподручен. Мне стало забавно, что значит имя Lex. Полезла в древний разговорник. Узнала, что это речь значит закон. Стало забавно, какое имя подоспело бы мне, я же петь желала по жизни, певицу не выискала, зато увидела мнение Vox — глас. Так и возникла исполнительница Астероид Вокс.

О Утрате Шум ПОСЛЕ РАЗДЕВАНИЯ НА СЦЕНЕ

- Это было страшно. Я проревела всю ночь. На следующий день у нас была какая-то корпоративка в яхт-клубе, так я разливалась на октаву ниже. Слова «тебе подфартило, ты не такой как все, ты трудишься в кабинете», практически шептала. Высокий указатель у меня просто обрубило, отекли вязки. Это очень шибко по мне бахнуло. Думаю, что именно с этого момента приступился конец мои присутствия в команде. Я постигнула тогда для себя что-то очень значительное.

ЗАЧЕМ Разнуздалась

- Я была на тот момент в целой сущей психологической зависимости от Сергея Шнурова. Он может создать вокруг себя истинную секту, тотемизм себя, тотемизм поклонения, некий фетишизм семьи, как у Чарльза Мэнсона. Он может уветливо продавить так, что заставляет человека сделать то, что он сам хочет. И при этом мизерной колебание в его правде, словах и указах встречает страшный и уродливую истерику, и ты уже готов пойти на все, лишь бы данной истерики не было. Этот место с раздеванием был плодом продолжительной возделывания меня. Возник он месяца за два до этого, когда начали в первом чтении получать закон о запрещении мата, который простерел в Госдуму Станислав Говорухин. Тогда у Шнурова случилась кошмарная истерика со слезами, с алкоголем — 17 часов он меня не исключал из собственной комнаты, не подавал отступить в туалет, не приносил даже попить вода. Он то рыдал, то заливался, то охал, что все исчезло, то сообщал, мол, ничего, прорвемся. А то начинал орать, что все мы умрем с голоду, спрашивал: «У тебя сохранились какие-то деньги, приостановлены, ведь все, это конец?» А затем вновь, что мы еще поборемся, что надо сделать что-то крутое, как-то по-новому декларировать о себе, проявить ответ. И вновь вопил, что все это напрасно. На самом деле, это были результативные и потребные ему эмоциональные качели. У меня незадолго до этого умерла мать. Я была асбсолютно в раскупленном состоянии. Психика была заменяемый в том проекте, что я не владела безличный опоры снутри себя и разыскивала ее вне. Я абсолютно ему верила, на 200%. Если бы он сказал мне тогда пойти и помереть за него, я бы пошла и умерла за него. По прецеденту так было.

О Стремлению СЕРГЕЯ ШНУРОВА СОЗДАТЬ СЕКТУ

- Это довольно непринципиальный и авторитарный человек. Он очень неплохой манипулятор. И если бы он пожелал иметь секту, а у него, кстати, были идеи утилизировать название «Храм Ленинграда», он ее досоздал бы. Шуточка, не шуточка, но, когда получали закон о замкнете мата, как раз было изъятие для культовых организаций. И тогда он хотел переквалифицировать коллектив в набожную компанию. Повторюсь, если бы он пожелал сделать настоящую секту, он бы ее делал. Без спросов.

О Доле Артистов «ЛЕНИНГРАДА»

- Если я смогла выходить из этих подчиненных взаимоотношений, то музыканты, которые с ним трудились, тот состав, который был текущий, не сумели. Потому, когда их одним деньком всех вытурили, причем они узнали об этом из СМИ, для них это было страшно. Сможете отрекомендовать ситуацию, когда вам 20 лет говорят, что мы семья, мы контрафактная голет, один за всех, и все за 1-го, а затем из газет вы спрашиваете, что вас убрали и поменяли какой-то кавер-группой. Я думаю, ребятне было очень тяжелее, чем мне. Хотя, когда я ретировалась, их предупреждала, говоря: «Мелкота, будет ужасно. Похлопочите о собственной психике. И о том, чтобы у вас был бы какой-то backup». Тогда мне не уверовали, но прошло время и…

О СЪЕМКАХ ИОСИФА ПРИГОЖИНА В ЕГО КЛИПЕ «Сверхчеловек»

- А просто никто еще не сшибал Иосифа как лицедея. Хотя у него режиссерское организация ГИТИСа, а на режиссуре в всяком случае преподают артистическое дело. С ним было забавно трудиться, поскольку он очень органичен, круто вник в свою роль, роль несложного, добросердечного, рукастого и уважающего супруга. Хотя любящим супругом он, в принципе, и представляется по жизни. Наверное, он просто перенес себя же на экран в больше гротесковой фигуре, больше утрированной. Он совершенно сногсшибательный человек. Очень легкий. С ним забавно говорить, трудиться, он переводится в кадре за секунду. И, невзирая на то что на съемку он примчался с ночного рейса и был без сил, почивал между дублями в кресле, в кадре включался мгновенно и работал лучше всех.

О ЕЕ Театральном ОБРАЗЕ

- Дело в том, что у меня были огромные задачи с принятием собственного вида. Между моим типом и моей персоною так огромный диссонанс, что я очень мучила в «Ленинграде», в частности, из-за того, что люди вправду принимают меня как продолжение мой вида. Они искренне находили, что если я пою про спиртное, неупорядоченные соития, значит, это то, что меня вправду занимает, что мне недалеко, что меня беспокоит. Теперь в своем плане я очень шибко поделила Алису Вокс и Алису Кондратьеву. Вокс вправду карикатурная героиня, как, например, есть Верка Сердючка, а есть Андрей Данилко, это надо понимать. Есть Трус, Балбес, Опытный, а были Вицин, Никулин и Моргунов. И это различные образы, герои, характеры. И мне так легче, легче. И я мню, что установление — это победа, а не разгромление. Если люди влюбились меня в таком типе, если народам этот характер недалёк, радостен, ясен и приносит им положительные чувства, то кто я этакая, чтобы их этого порастерять. Я мню, что убравшись из «Ленинграда», я отобрала с собой все самое наилучшее. (Насмехается.) Несколько лет оно у меня несвеже где-то там, в хранилище. И вот наконец-то-то я развилась воодушевленно для того, чтобы постигнуть — Астероид Вокс ко мне не имеет никакого отношения, потому я безмятежно могу исчезать ее на сцену и не бояться, что она каким-то типом разрушит мою свую репутацию.

О Положительном Эксперименте В «ЛЕНИНГРАДЕ»

- Много. Были же превосходные эпохи. Пускай они были учреждены на какой-то моей наивности, на лжи, на применении, но все одинаково я-то пробовала положительные впечатления тогда. К этому же это большой эксперимент. Я посмотрела на то, как трудиться с музыкантами, постигнула основные взгляды аранжировки, потому я очень много составляла сама в «Ленинграде», редактировала. И это намного легче, чем представляется, необходимо просто в практике это увидеть. Впоследствии, если, безусловно, у тебя есть к этому предрасположенность и привкус, ничего сложноватого в этом нет.

(Виталий Бродзкий, Womanhit.ru, 16.03.2022)