Хью Джекман: «Мне 52 и у меня в памяти очень много лакун многолетней давности»

О ТОМ, ЧТО ЛИЗА ДЖОЙ Строчила Изложение «Мемуары» Умышленно ПОД НЕГО

— Вправду, она сказала мне всё это, когда мы знакомились. Но, видите, я уже очень давно действую в данной промышленности и кое-что постигнул за это время. Так что я не очень-то ей уверовал. Ну, то есть я пробовал угадать: значивают ли ее слова, что только Брэд (Брэд Питт. — Прим.ред.) отрешился от данной роли? Или отрешился не только Брэд, но и Лео (Леонардо Ди Каприо. — Прим.ред.)? Я для себя тогда ответа на этот вопрос не сделал. Хотя уже теперь я понимаю, что слова Лизы были безотносительной истиной. Мне это, безусловно, очень лестно, тем больше что она разработала обворожительный сюжетец. Я а огромный фанат «Решетка Исступленного Запада», который она сделала. А еще — когда натыкаешься Лизу, то наблюдаешь в ней столько мастерство и убежденности, что с этого момента просто ощущаешь — ты очутился в надежных ручках. С ней легко и безмятежно. Мы сразу сошлись.

А если подробнее, то дело было так. Она наступила на встречь со мной и стала мне демонстрировать какие-то изображения и любые штуки на экране собственного компьютера — и это вместо того, чтобы дать мне хотя бы прочитать схема! Странно а — так никто не осуществляет. Но она как-то так рассказывала о плане, что я для себя сразу решил: я точно снимусь в этом кинокартине, и мне даже декламировать изложение для этого не непременно. Хотя виду я не посунул и всё время нашего разговора с Лизой посиживал с самым безразличным лицом, какое только был способен представить. И ничего ей не отозвал. Затем она прислала произведение — и, когда я додумался где-то до двадцатой страницы, я не вынес. Позвенел собственному агенту и сказал: всё, я и кончать теперь не буду, подписывай меня на этот кинофильм! Дело было даже не в сюжете: я попал в какой-то новый мир, уникальный, обворожительный, было непонимаю, куда он передвигается и чем всё окончится. И я понимал, что ничего подобного я не резал. И еще я понимал, что дословно влюбился в Лизу. В корпоративном, я желаю заявить, что я не просто договориться ссаживаться: это было не так, как обычно бывает в моей занятии.

О СВОЕМ ГЕРОЕ В «ВОСПОМИНАНИЯХ»

— Начнем с мой героя. Его зовут Ник Баннистер, он ветеран военных операций, который на войне работал с протолкнутой технологией для допросов — «автомашиной мемуаров». Тогда ее употребляли, чтобы проходить в умы людей и узнавать их прошедшее, а в спокойное время ее используют, чтобы ожить роли из памяти. Причем воскресить дословно, так, чтобы можно было абсолютно по-настоящему пощупать, увидать, отведать на вкус всё, что содеялось с тобой когда-то. Специальное доведение в непосредственном и передвижном толке. И вот Ник занимается интимною практикой: он ведет людей через их мемуары, чтобы они там не заплутали. Много его покупателей желают припомнить что-то приятное. Кто-то желает быть вблизи с уже погибшим излюбленным мужиком, кто-то возрождает типы собственного юношества.

Мое авантюра начинается с того, что к моему герою обращается некоторая Мэй, которую играется Ревекка Фергюсон, и ей надо просто отыскать затерянные ключи. Ник помогает ей, втрескивается в нее, а она пропадает. И Ник кидается искать ее по потайным закоулкам Майями.

Действие происходит в ближайшем будущем. Городище находится частично под водичкой, как Астероид. Климат в мире так менялся, что деньком стало очень горячо, и вся жизнь идет ночкой. А при естественном свете на улице можно принять только каких-нибудь маргиналов.

О Занятии С ТАНДИВЕ Единица И РЕБЕККОЙ ФЕРГЮСОН

— Мне невообразимо повезло! Они обе — невообразимые актрисы. Я их обоих просто почитаю. С Ребеккой мы давно приятельствуем, вместе сбивались в «Глубочайшем шоумене». Но с Тандиве я бы сбросился хоть в 100 кинофильмов — она феноменальна! И очень развеселая, между метим. В кинофильме они полноценные знающие девушки. Мой Ник одержим Мэй, героиней Ребекки, хотя представляется, что ему схожие виднеясь несвойственны. Он не тот юноша, который втюривается в любую противную. Мы в начале фильма испытываем, что в нем есть какой-то надлом. Но затем появляется Мэй, скоро возвращает ему удовлетворенность жизни — и внезапно исчезает. Тогда влюбленность преобразуется в соблазн, и это приступило достаточно хмурого и темного стези. А с Уоттс Ник служил в армии, они очень давно приятельствуют, между ними целое доверие, они не разлей влага. Дальше мыслите и додумывайтесь сами, но Уоттс — вправду наилучшее, что есть в жизни Ника, это несомненно.

О КЛИФФЕ КЕРТИСЕ

— Выслушивайте, это не артист, это — парадокс. Стоит ему показаться в кадре, как ты сразу предчувствуешь стремительность, мощь. Он возвышенный экранный конкурент, потому что собственной забавой мгновенно увеличивает ставки, принуждает тебя выкладываться на 200%, чтобы не приставать от него по интенсивности и харизме. Я еще очень желаю отметить в этом кинокартине Дэниэла Ву, с которым я до этого собственно не пересекался, но тут он стал для меня раскрытием. У нас была общая сцена в наиболее первый день съемок — не только мой, а вообще всего проекта, и он меня видите чем убил? Ну, представьте, первый день, огромный проект, люд чуть-чуть волнует, любой чуть-чуть на грани. А Дэниэл был абсолютно, нереально спокоен. Эдакое ощущение, что он уже три месяца снимался в данной картине и уже ко всему привык. А роль у него, между метим, очень проблемная, и сыграл он ее просто фантастически. Как и все в данной картине, его богатырь не тот, кем представляется. Видите, как было в «Мире Неистового Запада»: отыщите гуманность там, где не дожидались, мощь — где должна была быть бессилие, недостаток вместо возвышенности — и так дальше.

О Разработках, ПРЕВРАЩАЮЩИХ Реминисценция В НАРКОТИК

— В кинокартине представлено, как ты подсаживаешься на типы из прошедшего, как прекрасные престарелые дни абсолютно заменяют тебе настоящее. Вроде ничего неприглядного, почему бы не поностальгировать немножко, но вот ты уже не можешь вылезть из этого сна явный. Разработка позволяет тебе не просто воскресить прошедшее, но остаться там навсегда. Хотя какой-никаким может быть будущее, если ты при любой возможности пытаешься убежать в прошедшее? Да, это всё про нас, про сегодня. Мир обменивается, это очевидно. Сейчас постпандемийная век — и что, мы входим в какой-то новый мир? А он новый? Может, мы безуспешно стараемся просто восстановить заново всё, что было прежде, а не мыслим, как существовать далее? Может, зря мы так действуем? Мне представляется, теперь очень увлекательный момент. В нем есть неразбериха, есть потенциал. Потрясающе иметь книга, но мы должны создать новые. Это наш долг как человечною расы — всегда формировать бодрую мнема. Картина вскрывает возможность для какой-то споры на этот счет.

О РЕЖИССЕРОСКОЙ Занятию ЛИЗЫ ДЖОЙ

— Елизавета — большой режиссер, и ей есть что заявить. Когда я дрессировался комедиантскому умению, нам сообщали, что кинофильм обязан идти некую идею, и у Лизы всегда так. Поглядите: а воздействие раскатывается не в подобном уж отдаленном от нас будущем. Значительное из того, что мы там зрим, сегодня происходит с нами. Климатизационные конфигурации уже тронули Город, неравенство теперь мало выделяется от того, что мы смотрим в «Воспоминаниях». Всё уже перед нами, все различимо — я это очень ценю. Мне всегда важно, когда на одном степени триллер — похождение, классная деяния, какая уносит тебя за собой в какое-то другое место, а на другом — что-то подобное, что остается с тобой навечно. Эдакое, благодаря чему, выходя из кинотеатра, ты внезапно разумеешь, что сейчас наблюдаешь мир несколько по-другому. Елизавета случит именно подобное кино.

О ЛУЧШИХ ВРЕМЕНАХ В ЕГО ЖИЗНИ

— Я бы вернулся в годы собственной юности и юношества. Мне 52, между метим, и у меня в памяти очень много лакун долголетней давности. Есть какие-то багаж, которые не запомним ни я, ни мои братья и сестры, а а это всё было. Я хотел бы припомнить всё — комичное, добросердечное, интересное, ясное. Хотел бы это увидать и ощутить заново. А еще я бы заново испытать появление обоих собственных детей. Им теперь 15 и 21, они оба, как вы, наверное, видите, приемочные, но я находился при их рождении оба раза. И я был бы сладок очутиться там снова.

(Сергей Сычев, «Извещения», 24.08.21)